Неразлучники

Пашка впервые увидел Дашу первого сентября, когда мама привела его «первый раз в первый класс». Девчонок вокруг было много, но от одной – с огромными белыми бантами на рыжих косичках, он не мог отвести глаз. К тому же на ней были гольфы в разноцветную широкую полоску, как у Пеппи Длинный Чулок из его любимой сказки.

– Как тебя зовут? – спросил Пашка смешную девчонку

– Дарья Петрова, – ответила та и улыбнулась необыкновенной солнечной улыбкой. – А тебя как зовут, мальчик?

– Павел Семенович Сидоркин.

– Давай дружить, Сидоркин!

– Давай! – обрадовался Пашка и подумал, что зря он не хотел идти в школу.

Директор сказал поздравительную речь, призывно зазвенел колокольчик, и первоклашки, выстроившись парами, разошлись по классам.

К радости новоиспеченных друзей, учительница посадила их вместе. Даша и Паша не только сидели за одной партой, но и на переменах не расставались. Поэтому их прозвали «неразлучниками».

У неразлучников оказалось много общего. Они часто начинали говорить одновременно, чем очень веселили одноклассников. Им нравились одни и те же сказки и мультики. У обоих были мягкие и добрые характеры, но постоять за себя и друг за друга ребята могли и словом, и делом.

Однажды на перемене одноклассники окружили неразлучников плотным кольцом. «Тили-тили тесто, жених и невеста!», – кричали они. Пашка уже хотел броситься в драку, но Даша, взяв его за руку, спокойно сказала:

– Пойдем. Они просто маленькие и ничего не понимают в настоящей дружбе.

Ребята, опешив, расступились, и неразлучники спокойно вышли из класса. С тех пор их никто не дразнил.

Жили неразлучники в спальном районе неподалеку друг от друга. Отец Паши работал в маленькой фирме, мама была домохозяйкой. Семья жила очень скромно. Дашина мама – школьная медсестра, растила дочку одна.

После первого полугодия Пашка уговорил маму, чтобы та не провожала его на занятия. «Пусть парень ходит сам, школу из окна видно», – поддержал его отец.

Теперь каждое утро мальчик поджидал Дашу у подъезда. «Мы, как взрослые», – радовались друзья.

Вскоре выяснилось, что и способности у неразлучников одинаковые – оба любили математику. Поэтому после начальной школы родители перевели их в математическую гимназию в центре города. Дашина мама перешла туда же работать медсестрой.

Гимназия отличалась от прежней школы. Располагалась она в старинном здании и имела свою историю. Многие из ее учеников стали профессорами и академиками. Их фотографиями были украшены стены длинных коридоров.

– Когда-нибудь здесь будет висеть и мой портрет, – Паша, внимательно разглядывал лица знаменитых математиков после первого учебного дня. – Я буду вот таким важным. – Он надул щеки и, заложив руки за спину, медленно прошелся взад-вперед.

– А я буду вот такая, – Даша сделала серьезное лицо. Глядя друг на друга, они покатились со смеху.

– Марина, что это за веселые колобки? – около них остановился одноклассник в тщательно отглаженном костюме-тройке. За ним, небрежно помахивая сумкой, шла высокая красивая девочка с идеально ровной челкой над синими глазами.

– Это, Никитка, наши новенькие вундеркинды. Я слышала, что они везде ходят вместе и никогда не расстаются.

– Как сиамские близнецы? – мальчик громко захохотал над своей шуткой. Было заметно, что Марина ему очень нравилась.

– Нет, как попугаи. Я слышала, что эту парочку называют именно так. Моя троюродная сестра училась вмете с ними.

– Попугайчики! – зашелся в хохоте Никита.

– Не смешно, – Марина развернулась и ушла.Паша и Даша переглянулись, одновременно пожав плечами.

В новом классе все было иначе. Родители одноклассников были людьми обеспеченными и старались ни в чем не отказывать своим детям. Каждый день кто-нибудь из ребят хвастался дорогой обновкой, игрушкой или компьютерной игрой, а то и новым мобильником. В общем, обстановка в классе напоминала соревнование – у кого вещи круче.

Ни Пашин отец, ни тем более Дашина мама не могли позволить себе так баловать детей.

– А новенькие-то у нас нищие, – как-то объявил на весь класс все тот же Никита.

Его отец занимал какую-то высокую должность в мэрии, и мальчик считал, что ему дозволено все.

– Просто лузеры! – откликнулась Марина. За ней, признанной красавицей класса, бегали все мальчики, и только новенький не отходил от своей попугайки, что очень ее задевало.

Паша сделал вид, что не слышит обидных слов, но Даша, забежав на переменке к маме в кабинет, разрыдалась.

– Доченька, не плачь, – сказала та, выслушав сбивчивый рассказ девочки, – давай разберемся, кто такие лузеры и нищие.

– Лузер – это неудачник, – всхлипнула Даша.
– Я думаю, что неудачник – это тот, кто сел на окрашенную скамейку, – пошутила мама. – А если говорить серьезно, то разве ты неудачница? Я тебя люблю, бабушка с дедушкой в тебе души не чают, подруга Лиза тебя любит. Разве может быть неудачником человек, когда его любит столько людей? У нас уютный дом, тебя там ждут любимые игрушки. И даже это не главное.

– А что главное?

– Как тебе объяснить? – задумалась та. – У каждого человека свое представление об удаче. Для одного удача – это богатство. Другой радуется возможности прино-сить пользу людям, совершать добрые дела.

– Как ты, мамочка? – Даша с любовью посмотрела на маму.

– И как я, и как множество других. Теперь разберемся с нищими. Как ты думаешь, почему люди просят милостыню?

– Они не хотят трудиться. Так все в нашем классе считают, – не задумываясь, ответила девочка.

– А я тебе скажу, что нищие в основном – это больные или старые люди, которые уже не могут работать. Да и вообще, сейчас сложно найти работу. Поэтому люди вынуждены стоять с протянутой рукой. Хотя, среди просящих милостыню, встречаются и жулики. Но ведь мы не знаем, кто нас обманывает, а кто нет. И самое главное – мы не знаем, что с нами может случиться завтра.

Не придется ли и нам, рассчитывая на людскую доброту, стоять с протянутой рукой. Так что нищим быть не стыдно.

После разговора с мамой Даша нашла Пашку. Увидев, улыбку на лице подруги, он обрадовался.

– Мы не будем больше обращать внимания на злые слова, – сказал Пашка, выслушав подругу. – Знаешь что, пошли в кино. Я всю неделю на обедах экономил, на билеты копил.

– А у меня бутерброды есть! Будем их лопать с лимонадом!

– На лимонад уже не хватит, – смущенно улыбнулся Пашка.

– А нам и без лимонада хорошо! – Даша тряхнула рыжими кудряшками. – Главное, что мы вместе!

Вскоре неразлучники выиграли школьную, а затем и городскую олимпиаду по математике. После этого одно-классники изменили к ним отношение, а Никита даже начал заискивать перед Пашей, в надежде на помощь в учебе. Тот, не помня зла, помогал ему с радостью.

Даша нашла общий язык с одноклассницами. Только Марина по-прежнему ее не любила, и не упускала случая подколоть.

«Эх, Дашка, если бы ты знала, как мне хочется сменить старый комп на плоский бук и мобильник поменять. Я такой айфон недавно видел, – как-то признался Паша подруге, – жаль, что денег у отца нет».

– Не переживай. Вот вырастешь, пойдешь работать и купишь все, что пожелаешь. Я тебя понимаю. Мне тоже много чего хочется.

– Чего, например?
– Нарядов всяких, а больше всего – огромного мягкого медведя с пятном вокруг глаза. Я его еще в прошлом году в витрине магазина игрушек увидела. Так он там и сидит одинокий. Никто его не покупает.

– Знаешь, Дашка, как только я заработаю первые деньги, то куплю тебе этого одинокого медведя, а уже потом все остальное!

Прошло два года. Однажды, когда в городских дворах весело барабанила по подоконникам мартовская капель, Пашин отец ворвался в квартиру.

– Я получил новую работу! – радостно кричал он на весь дом.

Мама и Пашка выскочили ему навстречу.
Отец схватил их и закружил вокруг себя.
– Что случилось? – смеялась мама. Она давно не видела мужа таким веселым.

– Новая работа! В банке!!!

– Папа, ты будешь банкиром?! – поразился мальчик.

– Нет, сынок. До банкира мне пока далеко. Но я буду работать в большой банке, – оговорился отец, и все рассмеялись.

Пашка, представив отца, сидящего в огромной стеклянной банке, захохотал громче всех.

– А зарплата у меня будет в десять раз больше прежней! Плюс куча бонусов, премий и других материальных благ. По этому случаю у нас сегодня праздник.

Отец начал доставать из потрепанного портфеля всякие вкусности.

Паша нарочито небрежно показал одноклассникам последнюю модель мобильника известной фирмы, а отец пошел учиться водить машину.

В конце лета он взял кредит, и семья переехала в новый дом в Парадном квартале неподалеку от гимназии сына.

– Просто чудо какое-то, – мама расхаживала по огромной светлой квартире с окнами на Таврический сад. – Еще год назад мы ютились в одной комнатушке, а теперь живем в трех огромных комнатах. Можно друзей принимать! Кстати, а как дела у Даши? Вы по-прежнему дружите?

– Мам, она все лето у бабушки на даче жила. Я ей звонил пару раз. Сама-то она мне не звонит, деньги экономит, – усмехнулся мальчик. – Первого сентября увидимся.

– Ты раньше и дня без разговора с ней прожить не мог, – удивилась мама. – Пригласи Дашу к нам или сам к ней съезди, проведай, как она.

– Не, мам, – мотнул сын головой. – Я к Дашке в ее тму-таракань не поеду. И к нам не позову. Еще расстроится, увидев нашу квартиру.

– Даша – девочка не завистливая, да и сам ты еще недавно в спальном районе жил, – огорчилась мама, слу-шая рассуждения сына.

Но настаивать не стала. Пусть сам разбирается.

В седьмой класс Паша пришел гоголем: в новом костюме, с огромным букетом в руках, с дорогой сумкой на плече. В ней лежал плоский ноутбук.

– Пашка, привет! Какой же ты стал высокий! – бросилась к нему Даша, размахивая садовыми ромашками из бабушкиного сада. – А какой красивый, модный какой! Ты, почему мне не звонил? Я вся извелась. Думала, что с тобой что-то случилось.

Она внимательно посмотрела на друга, но тот отвел взгляд в сторону.

– А ведь, правда, случилось. Ты почему глаза отводишь? Не хочешь со мной разговаривать?

– Конечно, не хочет! – ответила за мальчика Марина, слышавшая их разговор.

– Ты разве не знаешь, что у него отец теперь в банке работает. Теперь у него новый статус – сын состоятельного отца. Они в новую квартиру переехали, напротив Таврика живут. Ты ему теперь в подруги не годишься. Теперь я с ним буду дружить. Правда, Пашенька? – подмигнула девочка растерявшемуся мальчику.

Чтобы заносчивая и гордая Марина сама предложила дружбу – такого еще не бывало. Для Пашки ее предложение было очень лестно.

«Что же делать? – мелькнуло у него в голове. – Ведь я Дашкой столько лет дружу. Но ведь Марина права, ста-тус у меня теперь другой, значит и друзья мне нужны другие. А Дашка – сильная. Найдет себе друга, который ей больше меня подойдет. Решено. Буду дружить с Мариной!»

– Пойдем на построение. Скоро звонок. Кстати, это тебе. – Паша вручил красавице букет.

Обойдя застывшую Дашу, ребята поспешили в актовый зал.

С этого дня ходить в школу стало для Даши мукой. По просьбе Марины Пашу пересадили за ее парту. Даша теперь сидела одна. Она старалась быть не заметной для одноклассников. Последней заходила в класс и первой выбегала, чтобы никто ей ничего не сказал. Рана, нанесенная предательством друга, не заживала. Многие девочки в классе жалели Дашу, но были и другие.

– Вчера в кино я встретила Марину с Пашкой! – демонстративно говорила одна.

– А я их видела в кафе! – громко, чтоб услышала Даша, отвечала другая.

– Пашка подарил Маринке новый дорогущий мобильник! – на весь класс кричал Никита, поглядывая на рыжую девчонку. А у той было ощущение, что ее колют иглами прямо в сердце.

– Надо держаться, – сказала Дашина мама узнав о случившемся. – Мне кажется, что у Пашки закружилась голова от жизненных перемен. Пройдет время и он поймет, что к чему.

– Как, как мне держаться?! У меня нет сил на них смотреть! Я брошу эту школу! Переведи меня оттуда! – разрыдалась девочка.

Однажды после школы она зашла в Таврический сад. «Как жаль, что Пашки нет рядом», – девочка бродила по аллеям, любуясь красотой осенних деревьев. Она подошла к решетке сада. «Вот его дом. Кто-то из ребят говорил, что окна его квартиры выходят на эту сторону. Может Паша сейчас меня видит? Как ему дружится с Мариной? Мне кажется, что он ей не нравится, что она дружит с ним, чтобы насолить мне. За что она меня не любит? Что я сделала ей плохого?»

Марина сама себе не признавалась, что банально завидует рыжей однокласснице. Скромница, отличница, любимица учителей, та была полная противоположностью уверенной в себе, но еле тянувшей учебу на тройки Марине. Когда Паша пришел в их класс, Марина не сомневалась, что новенький тут же примкнет к армии ее обожателей. Но этого не случилось.

И так и сяк уговаривала себя красавица не обращать внимания на бедно одетого паренька, но у нее не получалось. А уж когда выяснилось, что он самый талантливый и перспективный ученик в их классе, Марина потеряла покой. Она и заигрывала с ним, и дразнила его – ничего не помогало. Тогда девочка решила ждать удобного случая. И вот он представился.

– Смотри, Паш, там не твоя бывшая подружка бродит? Марина отошла от окна. – Ее красный берет даже издалека можно заметить.

Девочка подошла к сидящему за компьютером другу. – Правда, Дашка – глупая гусыня!
– Правда, – не слыша ее, ответил мальчик.
И тут Марине в голову пришла идея. Она тихонько взяла его мобильник и, включив диктофон, повторила вопрос.

– Правда, – снова ответил Пашка, по-прежнему не вслушиваясь в слова.

«Я тебе устрою милую прогулку!» – Марина тут же отправила запись Даше.

«Сообщение от Пашки! Неужели он увидел меня в окно!» – Даша от радости помахала рукой в сторону окон мальчика.

– Смотри, смотри, – захохотала Марина, вернувшись к окну, – вот дура-то! Руками тебе машет.

– Кто дура? – Пашка наконец оторвался от игры.
– Дашка твоя!
– Она не дура! – неожиданно резко ответил он. –  Даша – очень хорошая девочка! Не смей ее обзывать.

– Ах, так! – Марина разозлилась не на шутку. – Тогда я с тобой больше общаться не буду!

Схватив сумку, она вышла из квартиры, хлопнув дверью изо всех сил.

«Ушла, ну и ладно», мальчик подошел к окну. – Что она там говорила про красный берет? Неужели и правда Дашку в Таврике разглядела?»

– Сынок, а почему Марина не прощаясь убежала? – в комнату зашла мама. – Ты ее чем-то обидел?

– Мам, она сама любого обидит. Она Дашку дурой назвала, а я заступился.

– Жаль, что ты с Дашей раздружился, — вздохнула мама. – Хорошая девочка, редкая.

– Мам, так она мне по статусу не подходит!

– Что? – поразилась мама. – А какой у тебя статус?

– Ну, отец в банке работает, квартира у нас теперь в центре, машина… — замялся мальчик. – Мы теперь не эконом класс, как раньше. Ближе к бизнесу.

– Кто это мы? — мама присела диван. – Давай-ка, разберемся. Садись.

Пашка отошел от окна, так и не найдя глазами красный берет.

Тем временем Даша, прослушав сообщение, еле сдерживая слезы, брела к метро.

– Так что статус у тебя прежний – ученик гимназии, — закончила мама. – И еще, сынок, запомни – надо жить так, чтобы не было стыдно никому в глаза смотреть.

Выслушав мать, Паша долго думал над ее словами, и понял, что она во всем права. Теперь больше всего ему хотелось помириться с Дашей, но как это сделать, он не знал. Ему было очень стыдно за предательство. Мальчик по-прежнему избегал Дашу, но и с Мариной дружить перестал. Точнее, она с ним перестала.

Время шло. Даша ждала, что Пашка попросит у нее прощения, и они снова сядут за одну парту, будут вместе гулять после уроков, наперегонки кататься по скользким дорожкам, играть в снежки около школы. Но ничего не происходило. Новый год прошел для девочки очень грустно. Паша не позвонил, не написал смс. После праздника он тоже не объявился, хотя Даша знала, что с Мариной мальчик не общается.

На зимних каникулах Даша снова гуляла в Таврическом саду. Раньше, в зимние месяцы они кормили птиц вместе с Пашей, теперь девочка сыпала корм на дорожки в одиночестве. Окна его квартиры были нарядно украшены светящимися гирляндами.

«Как там Пашка? Чем занимается? Вспоминает ли про меня?», Даша присела на краешек пустой скамейки и вдруг заметила забытую кем-то тонкую книжку. «Житие блаженной Ксении Петербуржской» было написано на обложке. «Интересно, о ком это?» Даша раскрыла книгу и… прочитала ее на одном дыхании. Девочка узнала, что святая Ксения жила в Петербурге около двухсот лет назад. Только тогда она была не святой, а просто молодой женщиной, которая очень любила своего мужа Андрея. Жили они в собственном доме, не бедствовали. Случилось так, что Андрей внезапно умер, не успев покаяться в грехах. Смерть без покаяния для верующего в Бога человека означает, что душа после смерти может попасть в ад, и Ксения решила спасти своего мужа. Она раздала все имущество нищим, подарила дом нуждающейся соседке, переоделась в одежду мужа и, взяв его имя, начала новую жизнь – жизнь блаженной нищенки. Ее родственники решили, что молодая женщинасошла с ума от горя, но врачи провели экспертизу и выяснили, что Ксения совершенно здорова. Тогда родня от нее отстала.

Зимой блаженная Ксения ходила босиком, но ей не было холодно, Господь согревал ее Своею любовью. Женщина уходила в поле и по ночам молилась не только за себя и за мужа, но и за всех людей. Со временем горожане убедились, что Ксения действительно находится под Божьим покровом. Ее пророчества сбывались, и по ее молитвам люди получали просимое. Ксения прожила тяжелую жизнь. Ее обзывали, гнали, унижали, и даже били. Но она не переставала любить людей и продолжала за всех молиться. Когда строили Смоленскую церковь, Ксения по ночам поднимала наверх кирпичи, помогая рабочим. Те, найдя их утром, удивлялись. Многие горожане любили блаженную Ксению и старались как-то облегчить ей жизнь: отдавали одежду, давали еду, но она брала лишь самое необходимое, остальное раздавала.

Похоронили блаженную Ксению на Смоленском кладбище. Теперь люди шли за помощью к ней на ее могилку. Продолжались исцеления и многие получали помощь. Над захоронением блаженной воздвигли часовню. Церковь признала Ксению Петербуржскую святой. «С каждым днем все больше людей приезжают к часовне помолиться святой блаженной Ксении, просятее о помощи. Святая слышит всех и всем помогает», — закончила читать Даша.

И вдруг все обиды показались ей незначительными в сравнении с жизнью блаженной Ксении. «Она как бы превратилась в мужа, — размышляла девочка, — отказалась от благополучия, и прожила за Андрея такую жизнь, чтобы Бог простил ему все грехи! Меня гусыней назвали и я реву! А в Ксению и камнями кидали, и гнали ее, и ругали почем зря, а она все равно всех прощала, любила и молилась за всех! А может, мне попросить о помощи ее?»

Даша открыла страницу с иконой святой Ксении и, глядя на нее, сказала:

  • Святая Ксения, помоги мне, пожалуйста, простить Марину. Верни нашу дружбу с Пашей. Очень тебя прошу, помоги!»

Даша поехала на Смоленское кладбище шестого февраля, в день празднования памяти блаженной Ксении. Девочка решила, что в такой великий праздник святая обязательно выполнит ее просьбу.

На кладбище Даша приехала, когда народ выходил из храма под праздничный колокольный перезвон. Девочка дошла по хорошо утоптанной тропе до часовенки и встала в длинную очередь. С удивлением она увидела, что в очереди стоит много молодежи. Девушки и парни, молодые мужчины и женщины. У некоторых в руках были букеты цветов. Вообще, вся часовня и снаружи и внутри утопала в цветах, которые принесли святой Ксении благодарные за ее помощь люди.

Стоя в очереди, Даша выслушала множество историй о чудесной помощи блаженной Ксении людям.

– И в учебе Ксенюшка помогает, и семью обрести, и деток по ее молитве Господь дает, — громко рассказывала стоящая впереди женщина. – Перед экзаменами в институтах и школах здесь не протолкнуться – студенты и абитуриенты вдоль стен шеренгой стоят, молятся. «И почему же нам в школе об этом не рассказывают, — думала Даша, — мы бы тоже за помощью сюда ездили. Обязательно расскажу Паше обо всем после того, как мы помиримся!» Увидев сотни людей у часовни, послушав их рассказы, она ни капли не сомневалась в том, что святая Ксения им поможет.

Поклонившись у мощей, девочка быстро прошептала Ксении свою просьбу. На улице она зажгла свечку и долго стояла около часовни мысленно рассказывая святой о своей жизни.

С Васильевского острова Даша вернулась совершенно счастливая. Вечером она положила под подушку маленькую иконку Ксении. «Все будет хорошо», — пела ее душа. Но на следующий день у девочки поднялась температураи заболело горло.

– Простыла ты все-таки на кладбище. Столько часов на морозе отстояла! — мама, вздохнув, стряхнула градусник.

– Тридцать восемь и шесть! Пойду молоко греть, потом за медом поеду.

– Мамочка, не переживай! Я быстро поправлюсь. – Даша улыбнулась и провалилась в сон.

Когда она проснулась мамы дома не было, а у кровати лежала записка: «Я уехала за медом. Звонил Паша. Просил передать, что завтра приедет».

«Я знала, что так будет, — улыбнулась Даша. – Спасибо тебе, святая Ксения».

Дайте мне, пожалуйста, самого большого медведя, — обратился к продавщице симпатичный паренек. Та с трудом сняла с полки мохнатого гиганта и улыбнулась:

– Этот медведь у нас почти год живет. Все на него смотрят, но никто не покупает. Больно огромный. Интересно, кому он достанется?

– Моему лучшему другу! – Пашка обхватил подарок и еле дотащил его до отцовской машины.

– Заходите, гости дорогие! – услышала Даша веселый мамин голос.

«Гости, — удивилась девочка, — какие гости? Я жду только Пашку».

Дверь ее комнаты приоткрылась и в ней появилась огромная медвежья голова.

– Даша, прости меня за все, — сказала она Пашкиным голосом. – Я знаю, что поступил как предатель и прошу прощения.

Даша чуть не заплакала от волнения. Медведь занял половину Дашиной комнаты.

– Ты о таком мечтала? – смущенно спросил мальчик, глядя на светящееся от счастья лицо подруги.

Та кивнула.

– Даш, прости меня, — повторил Пашка, робко касаясь руки девочки.

– Да я тебя давно простила, — прошептала Даша. Ей было больно говорить.

– Дашка, давай дружить всю жизнь!

Девочка радостно закивала головой. Подушка съехала и Пашка увидел иконку.

– Ты что, молилась? – поразился он.

Ирина Рогалева

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: