Татьяна Нечаева

Создатель сингапурской системы, которую сейчас начинают активно продвигать в России, Спенсер Каган хорошо знаком с работами советских педагогов Льва Выготского, Виктора Шаталова и других. И при разработке своей системы он положил в основу образовательную систему советских психологов Даниила Эльконина — Василия Давыдова, и приемы из методик других отечественных специалистов, поясняет эксперт РВС Татьяна Нечаева, комментируя введение в двух школах Красноярска сингапурской методики обучения. В этой системе также используются разработки известного идеолога новых инновационных подходов в сфере образования, британца Кена Робинсона. Первой в России ввела эту систему в образовательную сферу Татария. В 2011 году министр образования республики Альберт Гильмутдинов заинтересовался этой системой на воркшопах у Тины Канделаки, претендовавшей тогда на пост министра образования РФ. В 2012 году эта система была представлена главе Татарии Рустаму Минниханову во время его поездки в Сингапур. И уже в ноябре того же года в Казанский Кремль был приглашен исполнительный директор компании Educare (Сингапур) Майк Тируман. В Татарию приехали тренеры, и на базе Казанского федерального университета открылся учебный центр по обучению учителей сингапурской системе. «Ученику 21-го века предстоит жить в постоянно меняющемся глобализованном мире, где все очень нестабильно. Поэтому умение адаптироваться и постоянно учиться новому играет ключевую роль. Навыки коммуникации, работы в команде, критического мышления и решения задач, а также глубокое знание предмета будут незаменимы в новых ситуациях», — так формулирует задачи образования директор проекта Майк Тируман. Но вот как раз с получением глубоких знаний у обучающихся по сингапурской системе оказались проблемы. Выпускник казанской гимназии №19, в которой обкатывалась «сингапурка», рассказал, что главной причиной возврата на отечественную систему обучения оказалось низкое качество знаний: «Со временем руководство пришло к тому, что разумнее вернуть классические уроки, хотя многое из школьной программы из-за этого эксперимента мы и упустили. А про „сингапурку“ вспоминали лишь тогда, когда в школу приезжали гости. Когда мы входили в класс и видели расставленные „по-сингапурски“ парты, сразу становилось ясно: сегодня можно расслабиться, трудного урока не ожидается». Учителя изначально встретили эту систему настороженно. С одной стороны им нужно было обеспечить хорошие результаты детей по итоговым экзаменам в 9-м и ЕГЭ в 11-м классах. С другой стороны, внедрение этой системы не располагало для этого, начиная с расстановки парт для четырех человек для обсуждения одной узкой темы в течение всего урока, и заканчивая хождением по кабинету или ролевыми играми по теме. Не устраивали учителей и некоторые правила поведения, продиктованные системой для учителя и учеников во время уроков. Учитель должен был отдавать команды детям строго на английском языке с применением жестов. По команде на английском ученики меняли вид деятельности, дети буквально натаскиваются на иноязычные команды. Например, приветствие детей на английском сопровождалось хлопком в ладоши. Призывая к вниманию в классе, учитель говорил «Хай файв» поднимая руку перед собой примерно на 45 градусов с распрямленной ладонью — подобным жестом приветствовали друг друга нацисты в фашистской Германии. Учителя заметили, что на перемене дети, бегая по школе, кричали друг другу «хайль» применяя этот жест. Также в программу входили подвижные игры, где дети прыгали на месте, скандируя какой-нибудь текст. Весь класс разбивался на команды по четыре человека, причем на время урока ученик отказывался от своего имени, ему присваивался номер, под которым он работал в своей четверке. Разработчики программы настаивали на соблюдении этих форм ведения урока, считая их неотъемлемой частью образовательной системы. Авторы сингапурской системы стремились к стимуляции активности на уроке каждого ребенка в классе, на развитие творческого подхода к решению поставленных задач и поиску нестандартных решений. Учителю при этом отводится роль наблюдателя и руководителя, он уже не является главным источником знаний. По мнению авторов системы, передача знаний от учителя ученику уже не актуальна в XXI веке.  В лучшем случае учитель может корректировать дискуссию, подталкивая ход мысли в правильном направлении. Академические знания при этом отходят на второй план, ребенок должен получить лишь минимальные базовые знания. Задачами этой системы являются формирование определенного типа мышления, лидерских качеств и приобретение навыков, востребованных в данный момент на рынке труда, способности быстро и четко выполнять поставленные задачи. В идеале продуктом такого образования должен стать современный Фигаро – не очень образованный шустрый исполнитель,  знающий, где и что найти для решения поставленной хозяином задачи, способный по команде быстро переучиться и приобрести полезные навыки с помощью современных технологий. Человек будет учиться у машины. Да и не надо будет вникать в тему слишком глубоко. Например, тот же компьютер сделает все сложные расчеты и нарисует чертеж. И если постоянно переучиваться в угоду конъюнктуре рынка приобретая поверхностные знания, то ни в каком деле не станешь настоящим профессионалом. Видимо, будущему глобальному  рынку труда нужнее будут исполнители-подмастерья, способные ловко и быстро обслужить хозяев. По существу, идет откат образования на 200 лет назад, когда немецкий педагог Фридрих Паульсен писал: «Наша средняя гимназия имеет целью воспитать чиновника, подчиненного; главными руководителями их является буржуазная молодежь, воспитанная привилегированными учебными заведениями и школами, а исполнителями и помощниками их в управлении являются окончившие средние учебные заведения». Хочется добавить «средние учебные заведения по сингапурской системе». Такой подход резко противоречит советской системе образования, где воспитывался и формировался человек-творец. Ведь компетенция нарабатывается годами путем добывания глубоких теоретических знаний в совокупности с умением их применения, а также практическим опытом работы в данной области. Именно культ знаний формировала советская школа. «Идеи о господстве рабочего класса уже глубоко охватывают подрастающее поколение. Мы видели, как в Петрограде ходили юноши на Марсово поле и произносили речи о том, что рабочему классу принадлежит господство. Говорили это часто подростки 13–14 лет, и видно было, как при этом глубоко эти идеи их захватывают», — говорила Надежда Крупская в 1918 году в своей речи об идеалах социалистического образования. Новая власть считала, что советское образование должно готовить хозяев страны. Для этого ВСЕ дети должны получить разностороннее образование с упором на глубокие знания. Учительское сообщество пока не готово отказаться от этой модели и даже в условиях значительного разрушения советской системы образования сопротивляется зловредным иностранным методикам и подходам к образованию. Резкое отторжение в учительской среде плюс снижение уровня знаний среди учащихся привели к постепенному сворачиванию сингапурской образовательной системы в Татарии. Компания Educare открыла филиал в Москве и сейчас сингапурскую систему пытаются внедрить и в других регионах страны. Напомним, методика предусматривает деление класса на группы по четыре человека. Каждая группа самостоятельно работает над материалом, обсуждает, выносит общее решение. Красноярские педагоги отметили, что сингапурская методика имеет множество преимуществ. При этом особо выделили игровую форму обучения, что способствует активному вовлечению каждого ученика в процесс.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: