Рассказ старушки

В. М. Шукшин

Отрывок из повести «На кладбище»

Старушка <…> повернулась ко мне.— Неладно живете, молодые, ох нелад­но,— сказала она вдруг, глядя на меня ясными умытыми гла­зами. — Вот расскажу тебе одну историю, а ты уж как знаешь: хошь верь, хошь не верь. А все — послушай да подумай, раз уж ты думать любишь. Никуда не торописся?

– Нет.

– Вот тут   у   нас,   на   Мочишшах…   Ты   здешный   ли?

– Нет.

– А-а. У нас тут, на окраинке, место зовут — Мочишши, там военный городок, военные стоят. А там тоже есть клад­бище, но оно старое, там теперь не хоронют. Раньше хоронили. И вот стоял один солдат на посту… А дело ночное, темное. Ну, стоит и стоит, его дело такое. Только вдруг слышит, кто-то на кладбище плачет. По голосу — женщина плачет. Да так горько плачет, так жалко. Ну, он мог там, видно, позвонить куда-то, однако звонить он не стал, а подождал другого, кто его сменяет-то, другого солдата. Ну-ка, говорит, послушай: может, мне кажется? Тот послушал — плачет. Ну, тогда по­шел тот, который сменился-то, разбудил командира. Так и так, мол, плачет какая-то женщина на кладбище. Командир сам пришел на пост, сам послушал: плачет. То затихнет, а то опять примется плакать. Тогда командир пошел в казарму, разбудил солдат и говорит: так, мол, и так, на кладбище плачет какая-то женщина, надо узнать, в чем дело — чего она там плачет. На кладбище давно никого не хоронют, подозри­тельно, мол… Кто хочет? Один выискался: пойду, говорит. Дали ему оружию, на случай чего, и он пошел. Приходит он на кладбище, плач затих… А темень, глаз коли. Он спра­шивает: есть тут кто-нибудь живой? Ему откликнулись из темноты: есть, мол. Подходит женщина… Он ее, солдат-то, фонариком было осветил — хотел разглядеть получше. А она говорит: убери фонарик-то, убери. И оружию, говорит, зря с собой взял. Солдатик оробел… «Ты плакала-то?» — «Я пла­кала».— «А чего ты плачешь?» — «А об вас, говорит, плачу, об молодом поколении. Я есть земная Божья Мать и плачу об вашей непутевой жизни. Мне жалко вас. Вот иди и скажи так, как я тебе сказала».— «Да я же комсомолец! — Это солдатик-то ей.— Кто же мне поверит, что я тебя видел? Да и я-то, говорит, не верю тебе». А она вот так вот прикос­нулась к ему,— и старушка легонько коснулась ладошкой моей спины,—и говорит: «По-ве-ерите». И — пропала, нету ее. Солдатик вернулся к своим и рассказывает, как было дело — кого он видал. Там его, знамо дело, обсмеяли. Как же!..— Старушка сказала последние слова с горечью. И помолчала обиженно. И еще сказала тихо и горестно.— Как же не об­смеют! Обсмею-ут. Вот. А когда солдатик зашел в казарму-то — на свет-то,— на гимнастерке-то образ Божьей Матери. Вот такой вот.— Старушка показала свою ладонь, ладошку.— Да такой ясный, такой ясный!..

Так это было неожиданно — с образом-то — и так она сильно, зримо завершала свою историю, что встань она сейчас и уйди, я бы снял пиджак и посмотрел — нет ли и там чего. Но старушка сидела рядом и тихонько кивала головой. Я ничего не спросил, никак не показал, поверил я в ее историю, не поверил, охота было, чтоб она еще что-нибудь рассказала.

Опубликовано по книге «Рассказы» В. М. Шукшин.
Издательство «Художественная литература», 1979 г.

ПАМЯТЬ

Лидия Шубина

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

«Вот о вас и напишут книжки:
«Жизнь свою за други своя»,
Незатейливые парнишки —
Ваньки, Васьки, Алешки, Гришки,-
Внуки, братики, сыновья!»

А. Ахматова

Когда-то наши деды и прадеды исполнили основную Евангельскую заповедь, иногда не ведая о ней – отдали жизнь свою за други своя.

Сегодня праздник святой равноапостольный Нины. И сегодня же — день полного освобождения Ленинграда от немецкой блокады. В Полежаевском парке людно: сейчас здесь проходит акция «Свеча памяти», организованная от храма Андрея Критского из поселка Сергиево.

Очень радует, что Церковь и обычный люд объединяются в общем порыве. Великая Отечественная война давно отгремела, но продолжается другой бой — за память, за души ныне живущих. И в этом бою объединяются совершенно разные люди — и солидные батюшки с окладистыми бородами, и героические организаторы, и реконструкторы, ранее не замеченные в излишнем благочестии (говорю как реконструктор), и детские коллективы, и множество обычных людей, желающих сделать что-то хорошее. И здесь же плечом к плечу незримо воюют наши деды – через свои письма, фотографии, оружие, вещи…

Читать далее «ПАМЯТЬ»

СТРАХ НАКАЗАНИЯ

Коля провинился и теперь сидит в кухне на табуретке наказанный и очень сердитый. Я готовлю ужин и одновременно жду от него извинений за поведение. Ничего не дождавшись, спрашиваю:

– Ну, Коля, ты придумал, что надо сделать?

– Я никогда не попрошу у тебя прощения, – дерзко отвечает Коля.

– Ну что ж, в таком случае пусть папа решает, как с тобой поступить. Иди!

– Нет! Я еще немного посижу, подумаю, – с поспешностью говорит Коля.

Он явно не хочет иметь дело с папой, быстренько сообразив, что там разговор будет мужской и еще не факт, что дело обойдется без ремешка. Тем более, что прецедент с ремешком уже был. Ровно через полминуты Коля проникновенно говорит:

– Бабушка! Прости меня, пожалуйста.

Я с печалью признаю победу за папиными методами воспитания.

– Коля, я тебя прощаю, и понимаю, как трудно тебе было попросить прощение. Но и ты пойми, что сказал эти слова не по любви, а из страха наказания.Некоторое время мы молчим, каждый по-своему ощущая облегчение от разрядившейся обстановки. Мне показалось, что можно продолжить разговор:

– Конечно, страх бывает разный. Как ты думаешь, Коля, страх – это хорошо. Из двери моментально высовывается Ванина голова:

– Плохо!

– А мне кажется, – размышляю я вслух, – что пока нет послушания по любви, и это хорошо. Разве плохо, если человек, хотя бы из страха наказания, не будет делать дурных дел, а будет совершать добро? Может быть, потом и любовь придет. По делам. Ваня куда-то исчезает, но тут же возвращается со шваброй, с совочком для мусора и торжественно сообщает:

– Я сейчас подметать буду!

И действительно, подметал, собирал мусор в совочек, потом принес тряпку, мыл пол на кухне и все это время, минут пятнадцать, приговаривал:

– Это добрые дела… Это за Колю… И для мамы… И для Бога… Я в рай

О ДУХОВНОЙ БРАНИ В ЖИЗНИ И ТВОРЧЕСТВЕ РУССКИХ ПИСАТЕЛЕЙ (УРОКИ ОТ А. С. ПУШКИНА, Ф. М. ДОСТОЕВСКОГО И Л. Н. ТОЛСТОГО)

Терлецкий Александр Дмитриевич

к. филол. н.

 

 

 

 

 

 

В статье рассматривается своеобразие духовной борьбы в жизни и творчестве А. С. Пушкина, Ф. М. Достоевского и Л. Н. Толстого. Борьба эта имеет первостепенное значение в земной жизни человека, ибо она, в конечном счете, определяет его вечную участь. Особое внимание в работе уделяется извлечению уроков (научений) из жизненного и литературного опыта русских классиков. Этой сверхзадачей, выражающей истинное назначение науки (которая – по смыслу самого слова – должна чему-то научать человека), определяется специфика православного научного подхода к решению всех насущных вопросов нашей жизни.

Тут дьявол с Богом борется, а поле битвы – сердца людей…»
Ф. М. Достоевский

Все формы и разновидности видимой борьбы в истории рода человеческого (от мiровых войн до семейных конфликтов) есть лишь следствие и внешнее выражение иной, малозаметной или вовсе невидимой, духовной брани. По учению Православной Церкви, эта брань имеет первостепенное значение в земной жизни человека, ибо она, в конечном счете, определяет его вечную участь. Об этом ясно свидетельствуют Священное Писание, творения святых отцов Церкви, богословские исследования и подвижнические наставления.

«Облекитесь во всеоружие Божие, чтобы вам можно было стать против козней диавольских; потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мiроправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных» (Еф. 6, 11–12),*  – призывает нас к духовному бодрствованию апостол Павел. Святитель Лука (Войно-Ясенецкий) в проповеди от 12 августа 1956 года говорит по поводу этих апостольских слов: «И какими слезами оплачем мы тех близ нас, которые ничего не хотят знать об этой борьбе, о духах злобы поднебесных, которые смеются над верой нашей в нечистых духов? Какими слезами оплачем их? Ибо, конечно, для бесов, для самого диавола в высшей степени выгодно, чтобы в них не верили, чтобы никогда о них не думали, чтобы никогда не ощущали близости их. Ибо скрытый, неведомый враг гораздо опаснее врага видимого» [9, 39–40]. «Упорное неверие в бытие злых духов есть настоящее беснование, ибо идет наперекор Божественному Откровению; отрицающий злого духа человек уже поглощен дьяволом (1 Петр. 5, 8)» [16, 4], – отмечает в своем дневнике за 1898 год св. прав. Иоанн Кронштадтский. «Пока не окончится земная жизнь человека, до самого исхода души из тела, продолжается в нем борьба между грехом и правдой. Какого бы высокого духовного и нравственного состояния кто ни достиг, возможно для него постепенное или стремительное, глубокое падение в бездну греха» [3, 31], – предупреждает об опасности духовной брани святитель Иоанн (Максимович), архиепископ Шанхайский и Сан-Францисский. Афористически кратко сущность и важность этой борьбы сформулировал Ф. М. Достоевский: «Тут дьявол с Богом борется, а поле битвы – сердца людей» (Д  XIV, 100).**  И если Бога сатана победить не может, то человек «по своей глупой воле» (выражение героя «Записок из подполья» Достоевского) может отдать сердце и душу дьяволу – и тогда никакие внешние успехи, достижения и победы не избавят его от поражения в духовной брани.

Важнейшей проблемой – сверхзадачей – изучения творчества каждого значительного писателя является извлечение уроков (научений) из его литературного и жизненного опыта. В этом заключается высшее и истинное назначение науки (по смыслу самого слова). Если наука ничему не научает человека, то грош ей цена.

В последнее время в отечественном литературоведении «научный» плюрализм, продолжающий марксистскую традицию извращения Истины на более высоком профессиональном уровне, начал уступать место православно-христианскому подходу к литературным явлениям, позволяющему по ясным и простым критериям различать добро и зло, правду и ложь. Такой подход может быть продуктивен в исследовательской работе при должной строгости в соблюдении второй заповеди Закона Божьего: «Не сотвори себе кумира…» (Исх. 20, 4) и евангельской заповеди: «Не судите, да не судимы будете; / Ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить» (Мф. 7, 2).

I. «…И дух смирения, терпения, любви и целомудрия мне в сердце оживи»   (А. С. Пушкин)

А. С. Пушкин в стихотворении, давшем название и первый эпиграф знаменитому роману Ф. М. Достоевского – «Бесы», предстает как поэт подлинно міровой скорби. Духовная сущность этой всеобщей скорби, далеко не всеми замечаемой, заключается в порабощенности (после грехопадения) человеческого рода падшими духами – сатаной и бесами, вследствие чего «…вся тварь совокупно стенает и мучится доныне» (Римл. 8, 22), так как «попали богоотступники из-под природной власти Божией в добровольную кабалу к нечистому» [11, 14]. Освобождение от этого бесовского рабства – важнейшая задача, стоящая перед человечеством на протяжении всей его истории.

Читать далее «О ДУХОВНОЙ БРАНИ В ЖИЗНИ И ТВОРЧЕСТВЕ РУССКИХ ПИСАТЕЛЕЙ (УРОКИ ОТ А. С. ПУШКИНА, Ф. М. ДОСТОЕВСКОГО И Л. Н. ТОЛСТОГО)»

Евангельские заповеди блаженства

Сочинение ученика Воскресной школы при Санкт-Петербургской Духовной Академии Лыкова Михаила. 

Девять заповедей Блаженства даны Богом человекам для того, чтобы человек был счастлив на земле, а после смерти достиг царствия Небесного. Девять заповедей блаженства не отменяют десять заповедей Моисея, наоборот дополняют их. Заповеди Моисея дают человеку запреты, а заповеди блаженства говорят человеку каким он должен быть, чтобы достичь счастья. Если соблюдать эти заповеди, то человек получит награду уже на этой земле. Люди будут благосклонны, жизнь будет счастлива, а после смерти Бог дарует свое Царствие Небесное.

Предоставлено Воскресной школой
при Санкт-Петербургской Духовной Академии

Религиозные причины блокады и нравственные условия Победы в Великой Отечественной войне

Иеродиакон Исаакий (Потапов)

 

 

 

 

 

 

Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее
(Мф.16.8).

Известный писатель-блокадник Михаил Кураев пытаясь разобраться в том, что явилось причиной блокады, пишет: «Наша история тех ликующих победных послевоенных лет вольно или невольно оказалась непростительно подслеповатой, и подслеповатостью этой воспользовались те, кому впору было бы держать ответ на вопрос…: почему война взяла такую страшную, огромную дань?»
Попытка понять, как можно было допустить гибель в блокадном городе миллиона ни в чем не повинных людей, должна опираться на изучение предвоенной истории города и всей страны. Поэтому другой современный автор Д. Л. Спивак считает, что революция и блокада не только привели к окончанию «петербургского периода» истории города, но и, в связи с уничтожением большого количества носителей петербургских базовых ценностей и определенного психологического склада, стали причиной катастрофической ситуации. Суть ее в том, что новый тип, сложившийся в советское время, был неспособен заменить собой утраченные существенные черты петербуржца, что явилось причиной «метафизического срыва».

И все же более точный ответ на этот вопрос дает история России XX века, рассмотренная в контексте Священой истории Ветхого и Нового Завета. Ныне почивший известный преподаватель Ветхого Завета в СПбПДА Игорь Цезаревич Миронович в своих лециях основной акцент делал на то, что история израильского народа с ее взлетами и падениями повторялась в истории христианской Церкви — «нового Израиля». Взлеты были связаны с творением народом «правды Божией», то есть исполнением Заповедей. Если же народ уходил от Бога и, почитая ложных кумиров, уклонялся от «правды Божией», то он тем самым навлекал на себя гнев Божий и его ждали страшные наказания. Одним из таких наказаний для иудеев были пророческие слова Спасителя: «Иерусалиме, Иерусалиме, избивый пророки и камением побивая посланные к тебе… Се оставляется вам дом ваш пуст» (Лк. 13:34-35). В 70-м году, как известно, Иерусалим и Храм были разрушены римским полководцем Титом. Не слишком углубляясь в исторические параллели, можно отметить, что в России православные Храмы и монастыри также были разрушены безбожниками перед войной, но веру уничтожить им не удалось, поэтому и город на Неве, и вся страна выстояли.

Читать далее «Религиозные причины блокады и нравственные условия Победы в Великой Отечественной войне»

ЖИТИЯ СВЯТЫХ

Лариса Калюжная
Санкт-Петербург

– А кто такой Гарри Поттер? – задает Коля вопрос, от которого у меня внутри все «Ну вот, уже и до детского садика докатилась эта заморская чума», – скорбно думаю я, начитавшись броских заголовков с брошюр против Гарри Поттера.На Колин вопрос я стараюсь ответить как можно более скучным голосом:

– Кажется, так называется книжка про одного мальчика. По-моему, она совсем неинтересная…

Моя немудреная уловка не приносит желаемых результатов:

– Нет, бабушка, – с жаром говорит Коля, – Артемка сказал, что это очень интересная книжка, а Андрей с мамой даже смотрели спектакль про Гарри Поттера!

Я неприятно удивляюсь: «Ничего себе, уже и со спектаклем подсуетились!»

Поразмыслив, решаю: «Врага надо знать в лицо», и в ближайший свободный день отправляюсь в библиотеку за знаменитым детским бестселлером.

– Ну что вы, – удивляется моей наивности библиотекарша, – весь «Гарри Поттер» на руках. Я могу вас только в очередь записать.Я записываюсь в очередь на «Гарри Поттера»… Неожиданное препятствие подогревает мое желание поскорее заполучить книгу. Вспоминаю случай из моего детства. У нас дома была довольно-таки большая библиотека, из которой мне разрешалось брать все, что я захочу, кроме, почему-то, шеститомного собрания сочинений латышского писателя Вилиса Лациса. На него мама наложила запрет. Надо ли говорить, что все шесть томов Вилиса Лациса были мною тайно прочитаны в первую очередь… Наконец, я приношу домой долгожданную книгу и придирчиво вгрызаюсь в текст. Да, действительно, читается легко, написано увлекательно, много волшебства, приключений – это как раз то, что нравится детям… Однако я довольно-таки злорадно отмечаю и другое: примитивный язык, дешевые шуточки, нагромождение надуманных сюжетных поворотов. Очень низкий художественный уровень. И вообще я как-то запуталась с этим Гарри Поттером… Если в русских сказках добро и зло всегда противостоят друг другу, то здесь что же получается? Баба Яга с метлой в ступе – это прообраз Гарри Поттера? Или Гарри Поттер в ступе с метлой – это и есть замаскированная Баба Яга? Впрочем, это одно и то же, никакой разницы… Но где же, в таком случае, здесь добро?

Пытаюсь рассмотреть проблему с другой стороны. Хочу ли я, чтобы мои внуки читали Гарри Поттера? Нет, это чтиво привьет им, как минимум, дурной вкус, запутает их представления о том, «что такое хорошо и что такое плохо». Запретить читать, когда все только об этом и говорят? Я вспоминаю Вилиса Лациса…

Что же противопоставить Гарри Поттеру? Может быть, ничего и не надо противопоставлять, а просто воспитывать в детях хороший вкус? Читать, как читали, русские народные сказки (конечно, не подряд, а с рассуждением), Пушкина, Ершова, Андерсена, Паустовского, Носова… Да мало ли хорошей детской литературы? До всех этих книг мои благодарные слушатели очень охочи. Не все гладко было у нас с житийной литературой, хотя мне очень хотелось, чтобы дети ее полюбили. Даже переложениям житий святых для детей внуки предпочитали «Приключения Незнайки» или «Барона Мюнхгаузена». Пожалуй, действительно, многие из этих переложений страдают тяжеловесностью слога, написаны скучно, как будто не для детей… Дело пошло лучше, когда я стала просто пересказывать жития святых своими словами или читать их выборочно, с большой осторожностью упоминая о мучениях, стараясь избегать излишних жестоких Чтобы отыскать интересные для детей моменты из жизни святых, я прочла множество патериков, отечников, лавсаиков, миней, настольных книг для священнослужителей. И, надо сказать, с огромной пользой для себя. Как много встречается в них ярких, запоминающихся, поучительных, без скучного назидания сказаний о послушании, честности, трудолюбии, терпении, как много в них смешного и парадоксального, особенно, если сравнивать с нашими современными привычками и представлениями…

Вот далеко не полный перечень самых любимых у обоих мальчиков житий:

– Житие святого Илии Пророка (о том, как ворон приносил ему хлеб и мясо, как Бог не принял жертву волхвов, а жертву св. Илии попалил вместе с водой и камнями).

– Как святой великомученик Георгий победил змия.

– Как святая Екатерина жениха выбирала.

– Как святую Варвару отец воспитывал в неприступной башне, а она все равно поняла, что Бог есть, и приняла христианство.

– О сорока мучениках, в Севастийском озере пострадавших (про баню; про воина, сторожившего мучеников и про венцы, с неба сошедшие).

– О дружбе святого Никифора с Саприкием, и о том, почему Саприкий не стал

– Как святой князь Владимир веру выбирал; как он ослеп, а потом прозрел; как он преобразился после крещения.

– Как святитель Алексий Московский исцелил ослепшую жену хана Тайдулу.

– Житие святого блаженного Николая Кочанова (как он побежал по реке Волхов, как посуху, за мнимым противником блаженным Феодором, и бросил в него кочан – Как святой блаженный Прокопий Устюжский спас город Устюг от каменной

– Из житий святого преподобного Сергия Радонежского и святого праведного Иоанна Кронштадского о том, как им не давалось учение, а потом они стали первыми

– Житие святой праведной Иулиании Лазаревской (как во время голода она кормила людей хлебом с корой и лебедой, а он был вкуснее, чем хлеб из чистой муки).

– Из «Достопамятных сказаний о подвижничестве святых и блаженных отцов»:об Авве Евпрепии и ворах,

об Авве Агафоне и прокаженном,

о послушании Марка, любимого ученика Аввы Силуана,

о честности Аввы Агафона,

о плоде послушания Аввы Иоанна Колова,

молитва о дожде Аввы Ксоя.

Смешные случаи со святыми отцами, их шутки и юмор представляют для нас особую ценность, мы даже собираем такие вырезки и выписки в отдельную папку и достаем ее, когда нам бывает грустно.

Попутно я обратила внимание на то, что дети с большим интересом слушают жития, в которых упоминаются животные. Теперь уже не я предлагала, а мои внуки просили почитать им про льва преподобного Герасима, про медведя преподобного Серафима, про кота старца Нектария. И я неутомимо отыскивала во всех православных магазинах и на всех выставках книги, в которых бы рассказывалось о дружбе святых людей и зверей.

Особенной любовью у Коли и Вани пользуется довольно толстая книга с прекрасными цветными иллюстрациями о жизни и чудесах святителя Николая Чудотворца. Когда они принесли мне ее для прочтения в пятый раз подряд, мне показалось, что мы все же одержали маленькую победу в невидимой битве с Гарри Поттером и иже с ним.

ВЕЧЕРНЯЯ БЕСЕДА

Перед сном, когда Коля с Ваней вытягиваются во весь свой коротенький рост под одеялом, у нас начинается маленькая беседа о том, что случилось за день важного и интересного, плохого и хорошего, грустного и смешного. Все пошло с минувшего лета, обильного на свободное время и всяческие происшествия, и происходило

– Знаешь, бабушка, сегодня у нас приключилась беда: мы целый день строили шалаш, а вечером он рухнул, – озабоченно говорит Коля, – Ваню даже немножко ветками завалило.

– Да, меня даже немножко жавалило, – печально вторит Ваня, высунув нос

– Может быть, вы допустили ошибку в конструкции? Давайте мы завтра вместе посмотрим, как вы крепили каркас, – нарочито профессиональным языком предлагаю я, как-никак конструктор с двадцатипятилетним стажем.Мальчикам это явно нравится, они тут же включают в свой лексикон слова: конструкция, каркас. Разговор некоторое время крутится вокруг шалаша. Но тут мимо Колиного носа пролетает муха и садится на потолочную балку. Коля с интересом смотрит на расхаживающую вверх ногами муху и задает «вечный» вопрос:

– А почему мухи ходят по потолку и не падают?

Ваня выдвигает свои соображения:

– Потому сто их так сотворил Бог!

Чуть помолчав, он тихонько просит:

– Бабуска, расскажи мне про Боженьку.

Такой вопрос дорогого стоит. Я предельно сосредотачиваюсь, рассказывать надо просто, чтобы было понятно маленькому Ване, но и с некоторой новизной, чтобы не  наскучить старшему Коле, и торжественно начинаю:

– Бог всемогущ. Это значит, Он все может. Он сотворил солнце и луну. Небо и землю. И все, что на земле.

– И медведя? – это существо, которое Ваня считает самым могущественным

– И медведя, и всех животных.

– И человека, – подает голос Коля.

– Да, человек – это самое любимое творение Божие.Бог – это Святая Троица.

– Бог-Отец, Бог-Сын, Бог-Дух Святой, – чеканит Коля.

– Правильно. Только надо знать, что Святая Троица – это не три Бога, а Единый Бог. Понять это невозможно. Это великая тайна. Надо просто верить, что это Бог-Отец послал Своего возлюбленного Сына на землю, чтобы Он спас людей от греха. Поэтому Его называют Спаситель. Это – Иисус Христос.

– Его гвоздиками прибили, а Он все равно воскрес! – радостно добавляет

Ваня, который тоже уже кое-что знает.Я одобрительно киваю ему и продолжаю:

– Бог – Он везде. Он все видит: и хорошие дела, и плохие. Он очень добрый, поэтому не сразу наказывает за злые поступки, а долго-долго ждет, что мы покаемся. Но если мы не исправляемся, то Он нас вразумляет. Сначала через людей. Вот, например, вас бабушка ругает, ставит в угол, вчера даже за крапивой пришлось идти, – я плавно спускаюсь с небес на землю, – надо понимать, что это действует Господь Бог через бабушку. А если вы все равно не слушаетесь, то тогда Бог Сам наказывает таких упрямцев. Кто знает, как Бог может наказать?

– Землетрясением или вулканом, – для Коли, видно, не прошли впустую наши прошлые разговоры.

– Ну, в общем, да, только, по счастью, вулканов у нас тут поблизости не наблюдается и землетрясений не бывает, а вот заболеть строптивый грешник вполне может или упасть в лужу. Уж лучше потерпеть наказание через бабушку. Правда?

– Плавда, – со вздохом соглашается Ваня.

Обо всем сразу сказать невозможно, да и не нужно, и я, нашаривая рукой выключатель, предлагаю:

– Ну а теперь давайте спать!

Коля вскакивает на постели:

– Бабушка, а помолиться? Ты забыла?

Я спохватываюсь, хвалю Колю за то, что он вспомнил о Боге. Коля без паузы и даже с некоторым удивлением отвечает:

– Я каждую минуту о Нем помню!

«Ах вы мои маленькие смешные мальчишки, – думаю я. – С чем вам придется столкнуться в жизни? Как сохранить вас от соблазнов мира? Да и что я могу, если мне самой не достает мудрости, терпения, так что частенько и «солнце заходит во гневе Все спят, я остаюсь один на один со своими думами, сомнениями, вопросами, привычно беру с полки книгу писем прп. Макария Оптинского, и – случайно ли? – на глаза сразу попадаются удивительные строки о воспитании детей, написанные немного старомодным стилем: «Нынче время тяжко и дни лукавы, попадут в обращение со светом, то много насыплется плевел на доброе семя, так что иногда при всходе и подавят хороший плод…. наши дела без помощи Божией ничего не стоят; а потому мы должны просить оную от Бога и смиряться в своей нищете, ибо Он на смиренные призирает, и недоумения наши и ошибки в чем-либо Своим тайным вразумлением и помощью исправит. Говоришь о непослушании их, и не знаешь, чем исправить? – Вразумлением, терпением и помощью Божией. …Сей доброе семя, а Господь ниспослет благорастворенный дождь и принесет плод. А ежели что и неудачно кажется, то оставить непостижимому для нас промыслу Божию».

Здравствуй, мальчик мой прекрасный,
Вырос ты как месяц ясный,
Чистоглазый работящий,
С Богом ты в душе скорбящей,
Сердце доброе имеешь
И поэтому умеешь
Ты всем людям сострадать,
Я горжусь тобой, я мать,
Но прости, прости, что мало
Мужества тебя я дала,
Я прошу тебя, сынок,
Вырасти как колосок
Силу воли — это мужества росток,
И живи, мой сын с душой, —
Это будет стержень твой!
Тонкий, нежный колосок —
Самый крепкий паренёк,
И поэтому, сынок,
Я тебя благословляю:
Стань как хлебный колосок

ПРАВОСЛАВНЫЙ МАРШАЛ

Михаил Аникин

 

 

 

 

 

 

 

Среди маршалов РККА, приведших СССР к победе  во второй мировой войне, один был действительно православным, не скрывающим свою веру даже перед самим Иосифом Сталиным. Этим маршалом был Борис Михайлович Шапошников ( 1882 — 1945). Вклад  маршала в Победу  трудно переоценить. Автор этих срок вообще убежден, что именно маршал Шапошников является главным организатором  нашей победы, именно он  по совокупности заслуг вполне мог претендовать на звание генералиссимуса. Однако его заслуги были намеренно забыты. Почему  так произошло ? Ответ на этот  вопрос прост. Ни Сталин, ни его ближайшее партийное окружение  не хотели, чтобы маршал « из бывших»  получил это наивысшее воинское  звание. Он, с точки зрения коммунистической власти, никак не  должен был заслонить собой штатского « вождя  всех времен и народов», вышедшего из  низов старого общества. Ведь признать заслуги маршала — значило признать в его лице всю дореволюционную русскую военную школу,  учеником и последователем которой маршал был  на практике и в своих теоретических трудах. Судьба маршала Шапошникова являет собой яркий пример жертвенного служения  России, ее армии и флоту.  Читать далее «ПРАВОСЛАВНЫЙ МАРШАЛ»

Крыжовник

Дом, где восьмилетний Санька жил с мамой,  стоял на пригорке. Земля на этом участке была сухой, а установившаяся июльская жара окончательно сгубила огород. Жухлая картофельная ботва и  сморщенные  огуречные побеги не предвещали урожая.
Большую часть времени Саша проводил с друзьями  у берега местной реки и, спасаясь от зноя, часами не вылезал из воды.
После завтрака он по-обыкновению засобирался на пляж: положил за пазуху ломоть черного хлеба, перекинул  полотенце через плечо, сунул ноги в стертые сандалики и только направился  к калитке, как во двор вдруг влетел соседский мальчик Коля и заговорчески прошептал:
— Санек, айда со мной! Я тебе такое покажу…
Дети выскочили на улицу, обогнули цветочную поляну, миновали овраг и спустились к тропинке, что вела к высокому  забору. За  оградой  показался синий бревенчатый дом, окруженный фруктовым садом.
О хозяине синего дома, которого звали дедом Егором, ходила недобрая молва: мальчишки говорили, что дети, воровавшие  в его саду яблоки, бесследно исчезали навсегда.  Эта «страшилка» пересказывалась ребятами сотни раз, обрастая жуткими подробностями.
— Стой, Коля! Дальше я не пойду, — Саша  замедлил шаг, остановился, притих.
      — Ты чего, струхнул? Да не бойся, мы уже у цели, — Коля подскочил к  прорехе в  заборе, сквозь которую торчали ветки крыжовника, усыпанные янтарными плодами. – Налетай! Знаешь, какие сладкие?
Саша с опаской   сорвал одну ягоду, попробовал — вкуснота! Сочная медовая  мякоть таяла во рту. Рука вновь потянулась к кусту, сорвала еще и еще.
Набивая крыжовником карманы, мальчик обратился к другу:
— Отнесу  домой, угощу маму, ведь она за это лето еще ни одной ягодки не съела. А ты не хочешь набрать для своей?
Коля хитро прищурился:
— Не-е-е-е, моя не любит!

Читать далее «Крыжовник»

НАСТАВЛЕНИЕ

Прежде, чем войти в собор,
Головной сними убор;
Злые мысли отгони —
Не нужны тебе они.

Никого не осуждай,
Помощь нищему подай,
Поставь свечку и потом
Осени себя крестом.

Богомыслие храни,
Лень подальше прогони,
Душой с Богом примирись,
О всём мире помолись.

Богомольцев не толкай,
К чину в храме привыкай.
Не гляди по сторонам —
Не полезно это нам.

Хоть старушка, хоть девица,
Не посматривай на лица;
Очи в землю опусти,
О грехах своих грусти.

Со смиреньем, как мытарь,
На святой взирай алтарь,
Где Дух Божий обитает,
Благодатью нас питает.

Слушай пение и службу,
Разорви с бесами дружбу,
Козни их не принимай,
Слову Божию внимай.

И скажу я от души:
Выйти из храма не спеши,
Стой на службе до конца,
Слушай проповедь отца.

Приложись потом к кресту;
Обещанье дай Христу,
Что исправиться намерен,
И пребудь обетам верен.

Время даром не губи,
Службу Божью полюби;
И пока душа в груди —
На молитву приходи!

Игумен Виссарион

ТРУДНЫЙ РАЗГОВОР

Лариса Калюжная
Санкт-Петербург

– Я не люблю своего папу, – угрюмо глядя в одну точку, сообщает Коля.
Мне известно, откуда дует ветер. Накануне папа наказал его за серьезную провинность. Конечно, папа погорячился… Мне кажется, что вполне можно было бы обойтись без ремешка, но когда отцы берутся за дело воспитания своих чад, мамы и бабушки не должны соваться в этот процесс. Папа всегда прав, даже если он не прав… Нам в этом случае остается только молитва. Но сейчас надо что-то делать, нельзя, чтобы Коля оставался озлобленным.
– Ну, во-первых, ты вчера сам был виноват. Во-вторых, то, что папа тебя наказал, доказывает, что он тебя любит.
– Как это, «любит»? Когда любят, то не бьют, – убежденно говорит Коля.
– Если бы папа тебя не любил, ему было бы все равно, какой ты вырастешь. А папе не все равно. Он хочет, чтобы его сын вырос хорошим человеком. В-третьих, даже в Библии написано, что отец не должен жалеть розг для воспитания сыновей.
– В Библии написано? – изумляется Коля.
– Да, в Библии, – подтверждаю я, – сейчас найду… Вот, смотри: «Наказывай сына своего, доколе есть надежда, и не возмущайся криком его». И дальше: «…кто жалеет розги своей, тот ненавидит сына, а кто любит, тот с детства наказывает его». По Колиному лицу видно, что это для него открытие, которое перевернуло весь ход его мыслей. Я понимаю, что больше ничего говорить не надо, и только сочувственно спрашиваю:
– Больно было?
– Нет, – расплывается Коля в улыбке до ушей, – совсем не больно, я как раз надел очень толстые джинсы!
Мы оба весело смеемся.

И СНОВА ТРУДНЫЙ РАЗГОВОР

– Бабушка, – печально говорит Ваня, – у нас папа – плохой.
– Почему это? – удивляюсь я.
– Он пьет вино и курит.
– Когда это было, чтобы папа пил вино? – я тяну время, чтобы собраться с
– К нам вчера приходили гости, и папа пил вино и курил, – доверительно
– А что, когда приходят гости, то нельзя пить вино?
– Нельзя, вино пьют только пьяницы, – убежденно говорит Ваня.
Вижу, что Коля оторвался от игры и напряженно прислушивается к разговору.
– Нет, Ванечка, взрослым можно пить вино, но только немного, в меру. А папа никогда не пьет много вина.
Тут в разговор вступает Коля:
– А Бог разрешает пить вино?
– Да, Бог разрешает пить вино. Самое первое чудо, которое Бог совершил на земле, было превращение воды в вино.
– А зачем пьют вино? – это опять Коля.
– Для радости и веселья. Это чудо как раз и произошло, когда люди веселились на свадьбе в Кане Галилейской.
– А детям можно пить вино? – похоже, Колю не на шутку волнует проблема винопития. С чего бы это?
– Детям пить вино ни в коем случае нельзя, – я судорожно размышляю, что бы такое сказать весомое, что может произвести впечатление. – Например, если малыша, который только-только родился, накормить… борщом! Что с ним будет?
– Наверное, он умрет, – говорит Коля.
– Правильно, ему можно давать только молочко из сосочки. Так и с вином.
Вино разрешается пить только взрослому, а дети от этого могут даже умереть. А папа у вас очень хороший. Он вас любит и заботится о вас. Кто купил вам новые
– Папа.
– Кто возит вас на машине в деревню?
– Папа.
– Кто ездит с вами за грибами, берет с собой на рыбалку? Опять папа.
Такого папу поискать надо! Но вы должны знать, что у каждого человека, который живет на земле, обязательно есть какие-нибудь недостатки. Конечно, это неправильно, что папа курит, он очень вредит этим своему здоровью. Но осуждать папу за это нельзя. Можно только молиться о том, чтобы Бог помог ему бросить курить. И
все. Или, например, другой случай: папа вас наказывает, а вам кажется, что это неправильно. Как тут надо поступить?
– Надо потерпеть, – со вздохом говорит Коля, у которого уже была возможность поразмышлять на эту тему.

Вези меня ледянка в детство,
Где мне совсем не больно падать,
Где «Чур» от всех напастей средство,
Где каждая снежинка — радость…

Где папа — молодой и сильный,
Где плакать хочется без мамы,
Где лес и розовый, и синий,
И Дед Мороз такой румяный…

Где ничего вкусней сосульки,
Где сам себе игрушки клеишь,
Где каша манная в кастрюльке,
Где апельсин, когда болеешь.

Где горькая микстура в ложке,
Где с пенкой молоко в стакане,
Где в плед завернутая кошка,
Где тетя Валя на экране.

Где счастье — если мама дома,
Где горе — если спать ложиться,
И ничего ценней альбома,
И ничего страшнее «Мыться!»

Где мандарины пахнут ёлкой,
Где под столами новоселье,
Где нос кусает шарфик колкий,
Где угол — плата за веселье.

Где примерзают руки к санкам,
И где еще не стыдно плакать…
Вези меня вперед, ледянка!
Ты знаешь, я умею падать!!!

Надежда Канюкова
мать 7-х детей

О пользе невоцерковленной науки

Тимур Щукин

Чернозем Европы дал миру удивительный цветок — научное мышление. Но почему-то всегда носитель этого мышления — ученый — оказывался противником церковных институтов. Каковы источники этого конфликта? Почему ученые в современной России предпочитают быть подальше от Церкви? Можно ли выйти из этого тупика, создав христианскую науку?

Зависимая вера

Когда я стал христианином, мне хотелось, чтобы мое новое мировоззрение разделили и мирские мудрецы. Я любил повторять вырванные из контекста слова Борхеса «культурный человек атеистом быть не может», выискивал у мыслителей, которые считаются безбожниками, высказывания, свидетельствующие об их симпатии к религии. Брал с полки «Происхождение видов» Дарвина, пролистывал рассуждения о строительном инстинкте медоносной пчелы и после недолгих поисков с радостью натыкался на фразу: «Я не вижу достаточного основания, почему бы воззрения, излагаемые в этой книге, могли задевать чье-либо религиозное чувство». Точно такие же операции я проделывал с книгами Альберта Эйнштейна, Ивана Павлова и Стивена Хокинга. Ссылками на великих можно было щеголять на атеистических форумах, но главное — поддерживать уверенность в самом себе: «если столько умных людей верит в Бога, значит, он все-таки существует…»

Читать далее «О пользе невоцерковленной науки»

Головоломки

Помоги Незнайке подобрать предметы, необходимые для учения рисованию

Решив этот ребус ты узнаешь кто в сказке «песенки поёт и орешки всё грызёт»

 

 

 

 

 

 

Баба-Яга хочет запутать Иванушку.
Для этого она выпустила ещё два волшебных клубка.
Сможешь теперь найти его клубок?

ЕВАНГЕЛИЕ ОТ МАРКА

Лариса Калюжная
Санкт-Петербург

Долгое время я читала Коле и Ване Библию в переложении для детей. Но после случая с египетскими казнями решаюсь на чтение Евангелия от Марка в Синодальном переводе. Заранее, как к уроку, готовлюсь к объяснению непонятного и совместной беседе о прочитанном.

Перед началом чтения подготавливаю почву:

– Сегодня мы с вами начнем читать НАСТОЯЩЕЕ ЕВАНГЕЛИЕ. Раньше мы читали только детское. Но теперь вы уже большие и мы будем читать Евангелие от Марка. Почему оно так называется, от Марка? Правильно, потому что его написал евангелист Марк.

Я читаю совсем небольшой кусочек, опасаясь, что для детей это будет сложно и может быстро надоесть. По ходу чтения поясняю непонятные слова и выражения, потом беседуем о прочитанном. Наконец я закрываю Евангелие и встаю из-за стола.Неожиданно для меня маленький Ваня просит:

– Читай, бабушка, дальше.

Поколебавшись, читаю еще немного, объясняю, беседуем и я снова встаю из-за стола

– Ну, на сегодня хватит. К моему удивлению, Коля горячо протестует:

– Нет! Нет! Ну пожалуйста, читай еще! Ваня со властью говорит:

– Читай!

Читаю в третий раз. Объясняю. Решительно закрываю Евангелие и встаю из-за стола. И тот и другой выражают бурное неудовольствие. Коля даже стонет:

– Ну почему так мало?

Примерно за один летний месяц нами было прочитано все Евангелие от Марка.

ГВОЗДЯНАЯ ДОРОГА

Как-то раз я читала Коле с Ваней отрывок из воспоминаний православного москвича о своем детстве. На всю жизнь остался в его памяти яркий, имеющий глубокий смысл рассказ няни Пелагеи о том, как в жизни найти правильную дорогу, ведущую в рай: «Перед тобой будут две дороги. Одна дорога – красивый мягкий ковер, на ковре много цветочков и конфет. Другая дорога вся утыкана остриями ржавых гвоздей. Тебя подведут к красивой дороге и скажут: «Иди, это дорога хорошая. Собирай и нюхай цветочки, ешь конфеты». Ты их не слушай. Иди по гвоздяной дороге. Будет страшно – не бойся, молись Богу. Эта дорога ведет в рай. А мягкая, конфетная дорога идет прямо в ад».Закончив чтение, я спрашиваю мальчиков:

– Ну а вы, какую бы себе выбрали дорогу: конфетную или гвоздяную?

– Конфетную, – легкомысленно отвечает маленький Ваня, видимо, не вникнув глубоко в суть дела. Но тут у меня появляется неожиданная поддержка со стороны Коли:

– Нет, Ваня, если есть много конфет, то потом доктор будет зубы сверлить, – он недавно испытал на себе неприятные последствия сладкой жизни. – Бабушка, а почему с этими дорогами все наоборот: красивая дорога ведет в ад, а гвоздяная – в рай.

– Это значит, что кто-то хочет нас запутать, чтобы мы не нашли правильную дорогу. И этот кто-то – дьявол со своими помощниками-бесами. На дороге, которая ведет в ад, они постелили ковры, насыпали конфет, цветов…

– А на дороге в рай натыкали ржавых гвоздей! – подхватывает Коля.

– Да, поэтому правильная дорога всегда трудная. Трудно маму слушаться? А надо. Не хочется утром постель заправлять? А ты пересиль себя. Хочется конфету взять, когда мама не разрешает? А ты скажи себе: «не буду!». Это и есть трудная гвоздяная дорога. Вот она-то и ведет в рай, где все всегда радуются. Так и в Евангелии написано: «Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и не многие находят их».Я встаю, чтобы поставить книгу на место. За моей спиной слышатся голоса:

– А ты, Ванька, хотел по конфетной…

– Нет! Я по гвоздяной…

Эхом откликаются в моей душе горькие евангельские слова: «тесны врата и узок путь… и не многие находят их…

Почему медведь зимой спит

Предлагаем разучить интересную песню-сказку! Наверняка кто-нибудь поможет напеть по нотам простую мелодию.

Слова А. Коваленкова, музыка Л. Книппера.

Раз морозною зимой
Вдоль опушки лесной
Шёл медведь к себе домой
В тёплой шубе меховой.
Шёл он шёл к своей берлоге
По просёлочной дороге
И, шагая через мост,
Наступил лисе на хвост.
Подняла лисица крик.
Зашумел тёмный лес,
И медведь с испугу вмиг
На сосну большую влез.
На сосне весёлый дятел
Белке домик конопатил
И промолвил: «Ты, медведь,
Должен под ноги смотреть!»
С той поры медведь решил,
Что зимой нужно спать,
По тропинкам не гулять,
На хвосты не наступать.
Он в берлоге безмятежно
Спит зимой под крышей снежной.
И доволен неспроста,
Что родился без хвоста.