Отцы Церкви о мире духовном и Царствии Небесном

О.С. Хижняк

кандидат философских наук

Отцы Церкви о мире духовном и Царствии Небесном[1]

Мир оставляю вам, мир Мой даю вам  (Ин. 14:27)

Царствие Божие внутрь вас есть  (Лк. 17: 21)[2]

 

Современный человек, если он находится вне Церкви, выросший и сформировавшийся в обществе господства материализма,  секуляризма   и атеизма, получивший образование, основанное на голом рационализме, часто не может понять и принять цели достижения райского блаженства после смерти, он хочет получить что-то и в этой жизни.  Тем более что посмертное существование лишь допускается им, но уверенности в этом у него нет. Он готов повторить вопрос, заданный апостолом Петром до сошествия Духа Святого: «Вот, мы оставили всё и последовали за Тобою; что же будет нам?» (Мф. 19:27).

 Нравственные императивы служения ближним, несения креста, самопожертвования, пугают его, он не понимает, а что же для него в этой жизни, кроме принесения себя в жертву.  Такой человек, не имеющий веры, часто начинает искать более легких духовных путей, которые затягивают его в секту, где ему обещают «развитие личности», «актуализацию», «самопознание», не выдвигают по отношению к нему никаких суровых требований и в результате взращивают его эго, гордыню — главное препятствие на духовном пути.  Человек оказывается в ловушке полуправды…

Что же теряет он, испугавшись христианского пути?  Он теряет возможность полного преображения личности, обретения таких качеств, которые сделают его счастливым здесь, на земле, вне зависимости от внешних обстоятельств.  Эти качества названы Дарами Духа Святого.  Их перечисляет апостол Павел: «Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание»  (Гал. 5:22-23).  Здесь мы рассмотрим лишь одно из этих дарований — духовный, или душевный мир, дающий личности неиссякаемую радость, окрашивающую всю его земную жизнь.  Обретение мира в душе является непременным условием совершенствования личности на христианском пути. Хорошо известны слова Иисуса Христа: «… научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем и найдете покой душам вашим…» (Мф. 11:29). Также и апостол Павел призывает: «И да владычествует в сердцах ваших мир Божий…» (Кол. 3:15).

Читать далее «Отцы Церкви о мире духовном и Царствии Небесном»

СУРОВОЕ НАКАЗАНИЕ

Дело было в деревне, куда мы приехали в конце мая почти на все лето. Выведенная из терпения тем, что вырвавшийся на волю вольную из городского утеснения Ваня уже который день приходит с улицы в умопомрачительно грязных джинсах, я назначаю ему суровое наказание: он должен сам постирать свои запачканные штаны.

Мы идем в баню, я даю Ване в руки кусок мыла, наливаю в таз теплой воды, показываю, как надо намыливать и тереть особо запачканные места. Стоя над тазом в одних трусиках – одежду мы предусмотрительно сняли, чтобы не намочить – он старательно повторяет за мной все движения. К моему удивлению, у Вани все хорошо получается: он быстро-быстро трет штанину кулачками, усердно жамкает ее в воде, ловко выкручивает в обратную сторону. Я его хвалю. Потом он с моей помощью полощет, выжимает и вешает на бельевую веревку чистые штаны.

Назавтра Ваня снова приходит с улицы по уши в грязи. Я твердо говорю:

– Ну что ж, Ваня, сегодня у тебя опять будет стирка.

Ваня поворачивается к Коле и радостно кричит:

– Ура! Я сегодня опять буду стирать!

Подбегает Коля:

– Вы стирать идете? И я с вами! У меня тоже штаны грязные!

Лариса Калюжная
Санк-Петербург

МАМИНЫ СОВЕТЫ

ДЕТЯМ НА ЗАМЕТКУ

Берегите детки свое сердце, душу,
И родительскому слову будьте вы послушны.
Своевольничать вы не старайтесь,
От капризов и похотей уклоняйтесь.
Слову Божьему вы внимайте,
Жизнь свою в Его руки вверяйте.
Божьи заповеди помните всегда —
Не коснется сердечка тогда беда.
На пути будет много в жизни преград,
Искушать станет сильно в спасении враг.
Он как змей вокруг извивается,
Уловить в свои сети душу старается.
Те, кто к сердцу, к душе невнимательны,
И бывают порою мечтательны,
Попадают в коварные сети зла,
Из которых без помощи Божией не выбраться им никогда.
Старайтесь молитвой всегда защищаться,
В грехах исповедоваться и причащаться.

Шумилова Н. Ф.

Что есть Истина. (УЛОВ)

Архимандрит Нектарий (Головкин)

Повесть

 

Анатолий с женой Татьяной, подъехали на машине к мосту через небольшую быстробегущую речку Яузу. Их взору предстала следующая картина: двое довольно крепких мужчин средних лет, одетых в болотные сапоги по пояс, вытаскивали наполненную рыбой сеть на каменистый берег. Вокруг суетились люди, которые подбирали с прибрежной гальки уже ранее пойманную рыбу. Лица у всех были озабоченные. Несмотря на то, что огромное количество рыбы нужно было скорее собрать, все же они часто с опаской озирались по сторонам. По всему было видно, что эта рыбалка была попросту браконьерством. Анатолий резко остановил машину, так что заскрипели тормоза. Все рыбаки разом устремили свой обеспокоенный взгляд на подъехавших, но, поняв, что это не рыбнадзор, продолжили свое дело. Вновь прибывшим было очень любопытно смотреть на это зрелище. Впервые в жизни они стали свидетелями такого улова. Выйдя из машины, и, подойдя к краю моста, Анатолий посмотрел вниз. Все русло реки буквально кишело рыбой. Её так же было множество под мостом. В голове у Анатолия промелькнуло детство, он вспомнил, как с братьями часто ходил на рыбалку, но такого количества рыбы он не смог припомнить. Вдруг его охватило острое желание тоже наловить рыбы. Но чем? Ведь у него нет ничего с собой для рыбной ловли. В его мозгу лихорадочно один план сменялся другим в поисках скорейшего выхода из затруднительной ситуации. Вспомнил он, что едет навестить родного брата Ивана в соседнюю деревню. Хотя брат постоянно живет в Москве, но в соседней деревне у него дача, и как раз в эти дни он с женой Тамарой там отдыхает.

– Может у него, что-нибудь есть для рыбалки? – подумал Анатолий.

-Танечка, быстрей в машину, – поспешно проговорил он.

И машина резко сорвалась с места. За считанные минуты преодолев, пять километров, он тормозит у, уже довольно обветшавшей, но многократно латаной, дачи брата. Выскочив из машины, он вбегает во двор.

Читать далее «Что есть Истина. (УЛОВ)»

Про лошадку

Жила-была лошадь.
Умна, симпатична,
И с первого взгляда —
Очень обычна!
Но только мечта её
Всех удивляла,
Средь прочих лошадок
Её выделяла!

Какие мечтанья
Лошадкам привычны?

Побегать по лугу
С дружком закадычным!
А после — наесться
Сенца иль травки,
Напиться водички
Из чистой канавки,

Под крышей заснуть,
Не пугаясь ненастья.
И так – каждый день!
Вот лошадкино счастье!

А наша лошадка
Мечтала быть важной –
Ходить грациозно,
Кивая плюмажем,

Галопом скакать по роскошной арене,
И шагом ходить аккуратно по сцене.

А после — надменно,
Слегка утомленно,
Овации слушать
Гостей восхищенных!
Да, грезы о славе
Прекрасны и сладки!
Но как-то возникли в мечтах неполадки…

Узнала лошадка от новой соседки,
Что путь на арену —
Совсем не конфетка!

Оттачивать нужно
Любое движенье –
До пота,
До дрожи,
До изнеможенья!

Гулять и резвиться
Уже не позволят,
Наездник тобой
Управляет в неволе…
А грохот оваций
И крики людей,
Лошадке не сделают
Жизнь веселей…
Послушав,
Задумалась наша лошадка —
Ей разве на воле
Живется не сладко?

И мирную жизнь
На лугах обжитых —
Не глупо ль менять
На восторги чужих?

Нет, лучше уж
Скромная, тихая доля,
Но рядом с друзьями,
Да вольно на поле –

Чем перьев роскошных
Плюмажа размах,
А плата за них –
Несвобода и страх!

Марина Куфина

Новосибирск

Кроссвордик

Кроссвордик

Чтобы поставить нужную букву в кружок щелкните на нем левой клавишей мыши,
появится курсор, потом нажмите нужную букву на клавиатуре.
Решив кроссвордик вы сможете прочитать загаданное слово в кружках желтого цвета.

переходить между кружками можно с помощью клавиши Tab

       

1

         
         

2

           
       

3

       
     

4

         
     

5

               

 

ПЯТЬ ДВОЕК…

В начале мая Ваня с папой и мамой на неделю уехали в деревню, чтобы помочь бабушке Оле вскопать огород и посадить картошку. Коля остался дома со мной: шла последняя решающая четверть, и ему нельзя было пропускать занятия в школе.

Вечером Коля собрал портфель и пошел спать, а я отправилась на кухню доделывать свои дела. Примерно через полчаса в коридоре хлопнула дверь. «Не надо было пить молоко на ночь», – посокрушалась я. Минут через двадцать в коридоре снова раздалось шлепанье босых ног, за стеклом кухонной двери мелькнуло Колино лицо и быстро исчезло… «Странно, – подумалось мне, – обычно Коля засыпает сразу, как только его голова оказывается на подушке…». Часов в одиннадцать вечера, случайно подняв глаза вверх, я с удивлением увидела приплюснутый к дверному стеклу Колин нос.

– Коля, что случилось, почему ты не спишь? У тебя живот болит?

В дверях появляется Коля. По его лицу с испуганно вытаращенными глазами догадываюсь, что это, наверное, не живот…

– Бабушка, у меня по английскому пять двоек…

– Как, пять двоек? – у меня тоже вытаращиваются глаза, слабеют ноги в коленях и я опускаюсь на стул…

Мелькает спасительная мысль, что все еще не так страшно:

– Где двойки, в тетрадке?

– Нет, в журнале…

– Но откуда пять двоек?! Когда ты умудрился их накопить?!

– С начала четверти… Я не записал домашнее задание…

– Что, пять раз подряд? А мама знает про двойки?

Излишний вопрос: конечно же, нет, раз мне об этом не известно… Но как же учительница не поставила двойки в дневник, ничего не сказала маме, не забила тревогу? Это же ЧП! Конечно, парень несобранный, конечно, невнимательный, но чтобы пять двоек подряд? Как это могло случиться?! Бедный мальчишка, уже больше месяца несет на себе такой непосильный груз!

– Что же ты ничего никому не сказал?

– Я боялся, что папа узнает…

– Так. Не волнуйся. Мы сейчас что-нибудь с тобой придумаем.

– Я уже придумал, бабушка! Я потихоньку от всех буду готовить темы и сдавать учительнице. Одну тему я уже сдал!

– Сам приготовил? – удивляюсь я.

– Сам.

– Молодчина! А я завтра договорюсь с твоим репетитором, чтобы она омогла тебе приготовить остальные темы и схожу к учительнице английского языка, выясню, когда ты сможешь их сдать. Постараемся сделать все до маминого приезда?

– Постараемся!

Слегка придушив меня в цепких объятиях, Коля вприпрыжку мчится в свою комнату и засыпает почти мгновенно.

Наутро я посвящаю репетитора по английскому языку в нашу страшную тайну, она удивляется происшедшему, находит дополнительное время для занятий с Колей. Бегу в школу. Учительница английского языка безмятежно выслушивает мою сбивчивую речь со множеством вопросительных предложений и тоже слегка удивлена:

– У Коли? Пять двоек?

Она открывает журнал и говорит:

– Да, действительно, с начала четверти у него было пять двоек, но одну он

После уроков мы идем к репетитору, за полтора часа они с Колей подготавливают оставшиеся четыре темы. Повеселевший Коля бережно укладывает выполненное задание в папку и облегченно вздыхает:

– За один раз все сделали!

Назавтра он благополучно сдает все темы учительнице английского языка…

Когда приезжает мама, Коля сразу рассказывает ей о своих злоключениях. Папе об этом никто ничего не говорит…

КАК УЗНАЛИ ЛЮДИ, ЧТО ТАКОЕ ГРОМ И МОЛНИЯ

Двести пятьдесят лет тому назад люди не знали, что такое гром и молния. Теперь они это знают. Далось им такое знание очень нелегко; даже без смертей не обошлось. Что такое гром и молния, первый узнал американец Франклин. Он ухитрился свести молнию с облаков на землю. Было это так.

Франклин сделал большой змей, подобный тому, какой пускают во время ветра ребята в деревнях. Только ребята делают змей из бумаги, а Франклин, вместо бумаги, натянул на крест из лучинок шелковый платок. Это он сделал для того, чтобы змей не размок от дождя. К змею он привязал хвост, привязал веревку, — все, как следует; еще укрепил он к переднему концу змея острую проволоку. Затем перед началом грозы вышел Франклин на поле и пустил змей. Змей быстро поднялся вверх, а Франклин взял конец веревки, привязал к нему дверной ключ, а к ключу — небольшой кусок шелкового шнура, который и стал держать в руке.

Разразилась гроза. Засверкала молния, загремел гром. Веревка, к которой был привязан змей, скоро намокла. Лишь только Франклин дотронулся пальцем до дверного ключа, вдруг из него сверкнула маленькая искра, похожая на молнию, и раздался слабый треск. Это была маленькая молния, а все-таки это была молния настоящая: так же она блеснула синим светом, так же она изогнулась. Маленькая молния уколола палец Франклина; как она прошла по руке, так руку словно что-то дернуло. Сколько раз ни дотрагивался Франклин до ключа, всегда из него сверкала искра-молния, и при этом слышно было, как она слегка трещит.

Другой ученый, по фамилии Ромас, сделал огромный шелковый змей, а вместо веревочки взял проволоку, обмотанную шелком. Во время грозы из этой проволоки стали выскакивать искры, больше сажени длиной. Искры эти сопровождались оглушительным треском. Тогда все люди увидели, что искра, вылетающая из веревочки, и молния — одно и то же. Только искра из веревки маленькая, а молния из облаков большая. Искра из веревочки совсем не такая искра, как из печки. Искра из печки не что иное, как тлеющий или горящий уголек, а когда выскакивает искра из веревочки, ничего не горит. Эта искра не огненная, а электрическая.

Огненные искры бывают там, где есть электричество. Там, где оно проходит, воздух иногда так сильно накаляется, что даже светит. Это и есть молния. Когда бывает гроза, то в облаках электричества очень много. Оттого оно и сверкает из туч яркой молнией. Электричество есть и в змее, и в веревочке, привязанной к змею. Электричество есть везде, но в одном месте его больше, в другом меньше. Большая электрическая искра не только колет, но и жжет. Потому от молнии и может произойти пожар.

Молния — это огромная электрическая искра. Маленькую же электрическую искру можно сделать и самому. На это есть много способов. Например, вот как ухитрился сделать один умный англичанин. Взял он большой кусок янтаря и стал его тереть шерстяным платком. Не долго он его тер, как вдруг увидел в темноте, что из янтаря выскакивают электрические искры, совершенно такие же как из веревочки. От трения появилось электричество в янтаре. Можно его добыть еще другим и путями. Он появляется, например, когда кожей тереть стекло или когда смолу тереть мехом. Оно появляется и тогда, когда солнце очень печет и быстро усыхает вода. Известно, что в жаркий день грозы бывают чаще.

Словом , электричество и электрическая искра появляются во многих случаях и при разных обстоятельствах…

А что такое гром? И это узнали люди. Они увидели, что и небольшая электрическая искры выскакивают с особенным треском. Чем больше эти искры, тем больше и треск от них. Молния — это огромная электрическая искра, понятно, что такая электрическая искра произведет и сильный треск. Этот треск и называют люди громом. И гром и молния бывают всегда вместе и всегда одновременно. Грома без молнии не бывает.

Если гроза от нас близко, то лишь только блеснет молния, сейчас же и гремит гром. Если же гроза от нас далеко, то сначала мы видим молнию, а гром слышен немного погодя.

Отчего же бывают раскаты грома? Оттого же, отчего гудит лес, если в нем кто крикнет погромче, если в лесу крикнуть, то голос словно так и покатится по лесу, и весь лес загудит раскатами. Это зовется эхом. Точно так же, как эхо перекатывается по лесу, так оно перекатывается и в облаках. Рассказывают люди, летавшие на воздушных шарах, что, поднявшись до облаков, там они стреляли из ружья; они раз выстрелят, а выстрел так и переливается раскатами по облакам. Оттого же бывают и раскаты грома.

Н. Рубакин

ВАНИН МЕТОД

После занятий в воскресной школе мы с Колей и Ваней, обгоняя друг друга, бежим на остановку автобуса: нам надо к пяти часам попасть в бассейн, а до этого неплохо бы успеть дома перекусить. Долго топчемся на тротуаре: автобуса нет. Мокрый снег, ветер, очень хочется есть… Ваня заговорщицки шепчет:

– А мы что-то забыли сделать, – он по-актерски выдерживает паузу и наставительно договаривает, – надо прочитать молитву, чтобы автобус побыстрее приедет.

– Молодец, Ванечка, как это я сразу не сообразила, – сокрушаюсь я.

Коля деловито спрашивает:

– Что будем читать?

Ваня без колебаний предлагает:

– «Отче наш…»!

Мы образовываем кружок, голова к голове, и шепотом, чтобы не смущать прохожих, читаем молитву. На последнем слове мы все трое, как по команде, поворачиваем головы в ту строну, откуда должен показаться автобус. Для такой уверенности есть веские основания: в это трудно поверить, но наша молитва еще ни разу не была посрамлена. Обычно транспорт подается в ближайшие несколько минут!

Иногда я задумывалась над тем, что скажу детям, если наша просьба не будет услышана – не все коту масленица! – и даже подготовила варианты ответа применительно к различным ситуациям. Например…

Мои мысли прерываются Ваниным победным воплем:

– Автобус!

Однажды случилось так, что мы с Колей долго стояли на остановке вдвоем, Вани, – обычно это он вспоминает про молитву, – с нами не было.

Время идет, мимо нашего носа проскакивает множество автобусов, но того номера, который нужен нам, нет. Я нервничаю, беспокойно расхаживаю вдоль остановки туда и обратно: мы куда-то опаздываем. Коля ловит меня на вираже и тихонечко говорит:

– Бабушка, а давай, применим Ванин метод.

– Какой «Ванин метод»? – не сразу понимаю я. – Ах, да! «Отче наш»?

– Да! Вот только, может, у нас ничего и не получится без Вани? – с сомнением говорит Коля. – У него очень сильная молитва

– Как это, «не получится»? Помнишь: «Где двое или трое собраны во Имя Мое, там Я посреди них»?

Мы встаем поближе друг к другу и начинаем шепотом читать молитву, но не успеваем дойти и до середины, как к остановке на большой скорости подкатывает наш автобус, резко тормозит, двери картинно, ну просто как в кино, распахиваются прямо перед нами! Мы с Колей потрясенно переглядываемся.

Когда мы с ним удобно рассаживаемся в полупустом салоне, он говорит:

– Надо обязательно Ване рассказать про этот случай!

Лариса Калюжная

Санк-Петербург

Ивер­ская ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри

25 февраля день Ивер­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри

Ворвался мужчина в храм –
Икона в руках:
«Простите!
У Богородицы – шрам,
Вот, поглядите…

Может быть, это я,
Храня икону
В чулане,
Сам того не хотя,
Щёку её поранил?»

Священник икону взял,
Встал там,
Где больше света,
Поцеловал и сказал
«Нет, но икона эта

Доподлинный список с той,
Которая,
Как бывало,
В годины веры святой,
Действительно, пострадала.

Висела дома она
В чести
У честной вдовицы,
Пока гонений волна
Не пришла из столицы.

Пустил византийский царь,
Как стрелы,
Свои законы:
«Ни дом, ни храм, ни алтарь
Не должен иметь иконы!»

Под вечер – воины в дом.
И хоть бы ночь помолиться
Перед иконой,
С трудом,
Их упросила вдовица.

«Ладно, но лишь до утра!» —
За дань
Непомерной платы
Из золота и серебра,
Разрешили солдаты.

И тут один, хохоча,
Присел
В шутовском поклоне,
И острием меча,
Вдруг рубанул по иконе…

Хлынула кровь
Из щеки.
В ужас пришла вдовица:
Как это из доски —
Кровь могла заструиться?

В полночь она при луне
В море
Пустила икону,
И та поплыла на волне
К спасительному Афону…

Это было давно.
Но с той поры и доныне
Пишется все равно
Шрам
На такой святыне.

Мужчина покинул храм –
Образ в руках,
А во взоре,
Чего он не знал и сам,
Икону несущее море!

Евгений Санин

НЕТ ДРУГА…

Из школы мы с Колей бежим в садик за Ваней и, уже не торопясь, втроем, направляемся домой. Вдруг, ни с того ни с сего, Ваня начинает безудержно рыдать! Сквозь обильные слезы и сопли с трудом прорываются слова:

– У меня нет друга! У меня друга нет, бабуш-ка-а-а! Все со мной дерутся! И Саша дерется! И Даня дерется! Я остался один против всех!

Я не успеваю сказать Ване ни одного утешительного слова, как с другой стороны раздается горестный Колин вопль:

– И у меня тоже нет друга! Никитка сегодня весь день играл с Борей, и я остался один! А вчера, когда мы шли с ракетомодельного кружка, он не разговаривал со мной всю дорогу!

Двойное горе, свалившееся мне как снег на голову, основательно меня придавливает. Тем более, что в моей памяти всплывает своя печальная история из моей юности.

– А знаете, когда я была маленькой, ну, примерно как Коля, меня тоже бросила подруга в самый ответственный момент…

Коля поворачивает голову ко мне. Ваня всхлипывает, совершенно безнаказанно вытирает нос рукавом и тоже смотрит на меня.

– Дело было так: мы поехали на картошку… Вы-то не знаете, что это такое, а раньше всех школьников посылали в поля собирать картошку. Нас ставили по два человека на борозду и давали одно ведро на двоих. Мою подругу звали Галей, она с первого класса сидела со мной за одной партой и я думала, что мы будем собирать картошку в одно ведро. Но Галя ушла на борозду к другой девочке, а я осталась одна. Было так обидно, хоть плачь! Я долго не могла забыть этот случай и считала свою подругу предательницей. А совсем недавно я поняла, что и сама не была хорошим другом. Вспомнила даже, как я ее однажды обидела… Наверное, чтобы иметь хороших друзей, надо сначала самому научиться быть верным другом.

Некоторое время мы идем молча. Потом я вспоминаю:

– Ваня, а ты же ведь дружил с Кирюшкой. Разве он тебе больше не друг?

– Да, – веселеет Ваня, – Кирюшка мой верный друг! Но он уже две недели не ходит в садик, потому что болеет…

– А знаешь, кроме Кирюши у тебя есть еще один очень надежный и верный друг! И у Коли тоже!

Дружное недоуменное восклицание:

– Кто?

– У Вани есть Коля, а у Коли – Ваня! Вы же братья, а братья – самые лучшие и надежные друзья в мире! И потом, надо уметь прощать своих друзей. Друг может оступиться, а может и покаяться.Я слегка поотстаю: на ноге ноет мозоль… Повеселевшие братья, дружно взявшись за руки, вырываются вперед.

Дома, едва сбросив с себя одежду, Коля устремляется к телефону. Через несколько минут он подбегает ко мне с сияющими глазами:

– Бабушка, я позвонил Никитке и спросил, почему он со мной не разговаривает.

Он сказал, что и сам не понимает, что это на него накатило. И мы помирились!

О СЛОВОТВОРЕНИИ И МИФОТВОРЧЕСТВЕ

АНДРЕЙ ЗАЛИЗНЯК
Академик РАН по Отделению литературы и языка

 

 

 

 

 

Откуда произошло, как появилось то или иное слово? Эти вопросы вызывают живой интерес у многих. В поисках ответа человек, далекий от лингвистики, нередко начинает строить догадки, основанные на случайном сходстве слов. Любительская лингвистика — не такое уж безобидное увлечение, как может показаться на первый взгляд.

Свобода печати и появление интернета — великие достижения нашей эпохи. Но у любых шагов прогресса есть также и свои теневые стороны. Ныне такой теневой стороной оказалось бурное развитие дилетантизма и падение престижа профессионализма. Об этом говорят представители самых разных наук и искусств. Например, Александр Ширвиндт с горечью пишет в своих воспоминаниях о Зиновии Гердте: «В эпоху повсеместной победы дилетантизма всякое проявление высокого профессионализма выглядит архаичным и неправдоподобным».

Любительство в области рассуждений о языке распространено шире, чем в других сферах из-за иллюзии, что здесь никаких специальных знаний не требуется. Все знают, что есть такие науки, как физика и химия; а о том, что есть и наука о языке —лингвистика,  слишком многие и не подозревают. Попробуйте вообразить любительскую книгу о небесных светилах, где обсуждался бы вопрос, какого размера Луна — с тарелку или с монету. Между тем любительские сочинения о языке совершенно такого же уровня циркулируют в немалом количестве и охотно читаются и принимаются всерьез довольно широкой аудиторией. Особенно печальным показателем состояния нашего образования является то, что и в числе авторов любительских сочинений о языке, и в числе их читателей и поклонников мы встречаем вполне образованных людей и даже носителей высоких ученых степеней (разумеется, других наук).

Читать далее «О СЛОВОТВОРЕНИИ И МИФОТВОРЧЕСТВЕ»

«ПРОЩАЮ И РАЗРЕШАЮ…»

Ване исполнилось семь лет. Утром, когда мы встали на молитву, я впервые, с особой интонацией, помянула его не как младенца, а как отрока. Надо было видеть просиявшее Ванино лицо!

Разговоры о том, что Ване скоро предстоит идти на исповедь, велись уже давно, и я почти не удивилась, когда накануне причастия он сам подошел ко мне и попросил:

– А давай-ка мы с тобой, бабушка, поговорим об исповеди.

Мы с ним зашли в пустую комнату и, не включая свет, в полумраке, сели на диван. Помолчали.

– Я даже рад, что в прошлый раз батюшка меня арестовал, – задумчиво говорит Ваня. – Ну, помнишь, с фонариком?

– Конечно, помню. А почему рад?

– Зато я уже один раз покаялся.

И с беспокойством спрашивает:

– А надо говорить, что мы с Колей деремся?

– Надо, Ваня.

– А что я плохие слова говорил?

– Тоже надо.

– Но я ведь их уже больше не говорю! – Ваня делает попытку увильнуть от тяжелого признания перед батюшкой.

– Раз уж говорил, деваться некуда.

Ваня насупливается, не очень довольный моим ответом.

– Понимаешь, Ваня, на Небесах есть такой список, где все-все грехи записаны, даже самые маленькие. Называется он – хартия. Так вот, если человек расскажет батюшке про свой грех, покается в нем, то запись в хартии исчезает, как будто ее и не было. Ангелы при этом радуются, а бесы плачут от злости, потому что они теперь не смогут человека в ад затащить.

После некоторого раздумья, Ваня продолжает:

– А я еще в пост мясо ел. И сосиски. Нам в садике давали…

– В садике надо есть все, что дают. Тут уж ничего не поделаешь… Твоего греха здесь нет…

– А еще что надо говорить?

– Хочешь, Ваня, я прочитаю тебе про одного мальчика, как он в первый раз был на исповеди?

– Хочу!

Я читаю ему отрывок из книги Ивана Шмелева «Лето Господне», объясняю, что такое говенье, епитимья; Ваня внимательно слушает про то, как хитрый старик хотел по гороху до неба долезть; хохочет над гусиной лапкой, мочеными яблоками и расколотой лопатой, требует читать ему еще и еще…

На следующий день, когда подходит Ванина очередь исповедоваться, он, храбро шагнув к аналою, довольно долго шепчется с батюшкой… Наконец, на упряменький хохолок накинута епитрахиль:

– Прощаю и разрешаю…

Лариса Калюжная

Санк-Петербург

Мечтатели

Мы с папой домой возвращаемся поздно —
На небе уже загораются звезды.
Мне с папой не страшно,
Я звонко болтаю,
И самые яркие звезды считаю!

Мне папа уже рассказал про медведей,
Что в ковшиках звёздных попрятались в небе!
И знаю я — Млечным путем называют
Дорожку, что белым
В полнеба сверкает!

Найти Гончих Псов я усердно пытаюсь…
Ну, что же такое! Опять спотыкаюсь!
Почти уж свершился на землю полёт…
Но папы рука мне упасть не дает!

Меня за рассеянность он не ругает-
Наверное, сразу себя вспоминает!
Как лазил на крышу
Смотреть в телескоп,
И как-то свалился оттуда
В сугроб!

Мы с папой домой возвращаемся поздно –
Нас мама встречает,
Нахмурившись грозно.
— Я вас заждалась!
Вы мечтали опять?
Ну, сколько я ужин
Могу согревать?

Обнимем мы маму-
Спасибо, родная!
Да, мы о галактиках дальних
Мечтаем…
Но мы ненадолго
Умчимся в полет-
Ведь дома нас
Мама любимая ждет!

Марина Куфина
Новосибирск

Вопросы батюшке

Отвечает протоиерей Александр Зелененко

Вопрос: «Как нужно молиться, чтобы получить хорошие оценки?»
Ответ: Мало молиться Богу, если нет добросовестного отношения к делу, в частности к учебе. Трудись и молись искренне, как следует и будет достойный этому результат; ведь дело учебы не за Богом, а, прежде всего за тобой.

Вопрос: «Шпаргалка — это грех или безобидная шалость?»
Ответ: Это грех лжесвидетельствования (нарушение 9 заповеди Закона Божия), потому что, человек (учащийся), пользующийся шпаргалкой многочастно грешит:
— против Бога, давшему заповедь не лжесвидетельствуй;
— против собственной совести, помрачаемой таким греховным компромиссным соглашательством;
— против педагога, предмет и материал которого не ценил и не освоил;
— против родителей, не подозревающих лукавой изворотливости своего ребенка в школе;
— против собственного образования, теперь и в будущем, уровень которого не будет расти на подобном самообмане.

Аналой

Я служил тогда в Александро-Невской церкви, что в Шувалово-Озерках. Однажды подходит ко мне пожилая женщина с загипсованной рукой и говорит: «Батюшка, освятите мне, пожалуйста, квартиру!».

– Да, конечно, освящу, – ответил я, – вы только напишите мне записочку с вашим адресом и телефон укажите, а я, когда освобожусь, позвоню.

Спустя день я позвонил — мы договорились о времени, и вот я приехал к ней.

Приготавливая все необходимое для освещения квартиры, я заметил, что Любовь Ивановна, – так звали хозяйку, – немного нервничает, поглаживая свою сломанную руку.

Сочувствуя ей, я спросил: «Что у вас с рукой?».

Она, нервно передернув плечами, и, махнув здоровой рукой, сказала: «Ах, отец Кирилл, у меня здесь такое творится…, я уж и не знаю, что и думать!».

Ну, вы расскажите, поделитесь со мной, может, чем я буду полезен!

– Да, да конечно, поэтому я вас пригласила и, глубоко вздохнув, продолжила, по ночам у меня бывает такое, что и сказать страшно — меня душит чья-то волосатая рука!
– А может у вас астма или сердечная недостаточность, мало ли бывает, не хватает воздуха вот и снится всякое?
– Нет, нет, батюшка, волосатая рука, только по локоть она видна, а дальше нет.
– Как давно это у вас? – спросил я.
– Да давно уж, я всякий раз тогда читаю молитву «Отче наш…» и когда заканчиваю словами «и избави нас от лукавого» — рука исчезает.
– Ну а с рукой – то вашей что? – указывая на загипсованную руку, спросил я.
– Соседка у меня и, понизив голос, слегка наклонившись вперед, указывая большим пальцем через плечо на выход – колдунья! Такая уж она неприятная, всякие гадости делает. Бывало, придет соли попросит, а то еще какую вещь. Мне люди говорят: не давай ей ничего – она на них и колдует!
Я ей теперь ничего не даю и стараюсь быстрей домой прошмыгнуть незаметно по лестнице.
Ну а несколько дней назад подхожу к двери смотрю — ручка чем-то намазана. Надо было не трогать рукой, может, ничего и не было! А теперь вот видите, рука сломана — и она выставила ее вперед.

Да, много людей недоброжелательных и злых — добавил я — есть и колдуны, что тут скажешь, сам сталкивался с ними не раз.

– Ну что ж, пора освящать квартиру! — предложил я, и мы начали молиться…

В первую же ночь, после этой истории, я просыпаюсь у себя дома от какого-то странного стука – такая мелкая дробь – тук, тук, тук. Что такое, думаю, кто стучит? А в комнате светло было от лунного света – все предметы видно. И вот, вижу аналой, на котором у меня Евангелие и Крест лежат, подпрыгивает на паркетном полу. Что за диво? — подумал я – такого в жизни не видывал! Пожалуй, начну с того, что перекрещу. И осенив крестным знамением со словами: «Во имя Отца и Сына, и Святого Духа. Аминь!» — аналой остановился

Архимандрит Нектарий (Головкин)

СТАРИННОЕ БЛЮДО

Мы пришли с длительной прогулки домой усталые и очень голодные. Все, не сговариваясь, гурьбой направились в кухню, где и выяснилось, что есть нечего…

Ругая себя за непростительное легкомыслие: прогулка прогулкой, а детей-то кормить надо, я начинаю думать, как спасти положение. Вопрос о том, чем накормить семью во время поста – всегда большая головоломка для хозяйки, а тут еще и время поджимает: маленький Ваня уже хнычет, у Коли явно портится настроение. Я прикидываю свои возможности: в наличии оказывается всего ничего – несколько вареных картофелин и половинка слегка подчерствевшего черного хлеба… И тут, как это часто бывает в стесненных обстоятельствах, в голову приходит необычная идея. Делать нечего, и я решаю рискнуть:

– Сейчас мы все вместе будем готовить замечательное старинное блюдо, которое русские люди ели во время поста. Называется оно – тюря, – говорю я бодрым голосом.

– А это быстро, бабушка? Есть очень хочется, – спрашивает Коля без особого энтузиазма.

– Быстрее не бывает. И потом, мы все будем делать с удвоенной скоростью, по-солдатски! Коля, доставай глубокие тарелки и ставь их на стол. Ваня, раскладывай большие ложки, – я стараюсь отдавать команды по-военному четко, и это производит необходимое впечатление: ребята бросаются к буфету.

В каждую в тарелку кладу по щепотке соли и наливаю холодную кипяченую воду из чайника.

– Теперь берите ложки и размешивайте соль, пока она не растворится.

Весело стучат ложки в тарелках, а я тем временем режу картошку мелкими

– Все-все, стоп! Мешать больше не надо, а то вас придется развешивать на прищепках для просушки… – взрыв хохота показывает мне, что я на правильном пути. – Коля, беги в огород, принесешь оттуда десять перьев зеленого лука, а ты, Ваня раскладывай картошку по тарелкам. Всем поровну.

Пока Ваня усердно делит картошку, незаметно отправляя в рот то, что упало на стол, я режу хлеб на кубики. Тем временем прибегает с огорода запыхавшийся Коля, держа в вытянутой руке перья лука, как букет цветов. Я поручаю ему раскладывать по тарелкам кусочки хлеба, а сама мою и режу зелень, сопровождая некоторыми пояснениями свои действия:

– Лук надо посолить и потолочь ступкой, так будет вкуснее. Его мы тоже положим в тарелки. Вот так. Теперь надо каждую порцию заправить ложкой подсолнечного масла и все еще раз перемешать. Ну вот и готово. Ох! Самое главное Я достаю бутылочку со святой водой и крестообразным движением вливаю по несколько капелек в каждую тарелку. Две пары голодных глаз внимательно отслеживают все мои действия. Наконец, мы дружно затягиваем «Очи всех…» и садимся за стол.

– Бабушка, а почему ты раньше никогда не готовила нам тюрю? – спрашивает Коля с набитым ртом.

– Тебе понравилось?

– Конечно, такая вкуснятина! Ты нам всегда теперь готовь тюрю, правда,

– Конечно, тюрю! Такая вкуснятина! – бесперебойно работая ложкой, вторит

Ваня, обычно очень разборчивый в еде.

– Мы теперь с Ваней с голоду не пропадем, – солидно говорит Коля, – если что, тюрю-то мы готовить уже умеем!

Через несколько минут все съедено вчистую. Поистине, голод – лучшая приправа

Когда на следующий день я зову детей на вкуснейший обед, они разочарованно

– А почему же не тюря?

Да и позже ребята частенько спрашивали меня:

– Бабушка, а когда же мы опять будем готовить тюрю?

Через некоторое время в деревню приехали папа с мамой. Мама решила побаловать сыновей чем-нибудь вкусненьким и спросила, какое блюдо у мальчиков самое любимое? К моему великому смущению, они хором ответили:

 

Лариса Калюжная
Санкт-Петербург

 

«РАССВЕТ– ЧАРОДЕЙ»

Коли-Ванин папа любит современную музыку. У себя в машине он всегда включает динамики на полную мощность. Летом мы с ним нередко ездим вместе навещать детей в далекую псковскую деревню, и я к этому уже привыкла. Мне даже сладок этот особого рода вынужденный аскетизм, проявляющийся в том, что я стараюсь не замечать мощно ухающих, лающих, квакающих звуков. Они почти не мешают мне молиться или думать о своем. Совсем другое дело, когда в машине находятся дети. Меня начинают обуревать тяжелые мысли о том, что если они с детства в таком количестве будут слушать эти бессловесные или с непонятными иноземными словами нечеловеческие шумы, то у них разовьется дурной вкус и повысится нервная возбудимость… Коли-Ванина мама проблему понимает и частенько под шумок меняет папины любимые диски на детский репертуар. И папа с тем же удовольствием слушает детский симфонический хор, веселые песенки в исполнении Евгения Леонова из «Робин Гуда», хохочет над репликами Паганеля в «Детях капитана Гранда». Некоторые надежды по воспитанию вкуса у мальчиков я возлагаю на хор детской воскресной школы, в котором поют Коля и Ваня, и на богатую подборку кассет для домашнего магнитофона, сделанную моей дочерью.
В одну из поездок, когда за ревом папиной музыки не было слышно даже гула двигающейся с большой скоростью машины, во время паузы при смене дисков раздался робкий Колин голос:
– Папа, а поставь мою любимую песню.
– Это какую? – папа удивленно покосился на Колю.
– Я не знаю, как она называется…
У Коли на лице появилось мечтательное выражение, и он тихонько напел тоненьким голоском:
Играй, рассвет-чародей
На флейтах ветров,
На струнах дождей…
Через несколько секунд из динамиков полилась чарующая мелодия, положенная на прекрасные слова:
Где-то мокрым асфальтом блестят города,
Но по-прежнему трогают нас
Тишина, где кукушка считает года
В самый раз и еще про запас.
Пр.:
Играй, рассвет-чародей
На флейтах ветров,
На струнах дождей.
Переливами трав,
Перезвонами рек
Околдовано сердце навек.
Зорко тайну озер стерегут валуны,
Ходит рыба, скользя в глубине,
И качаются ночью осколки луны
На серебряной зыбкой волне.
Не насмотришься вдоволь, смотри не смотри,
Как туманы дымятся вдали,
И пылает роса, будто капли зари
На зеленых ресницах земли.

«Рассвет-чародей», Муз. В. Шаинский, Сл. М. Пляцковский

Лариса Калюжная
Санкт-Петербург

ЗАКАТ ЕВРОПЫ ИЛИ ГЛОБАЛЬНЫЙ СЕВЕР

Андрей Савельев
доктор политических наук

 

 

 

 

 

 

Переломить цивилизационную катастрофу может только мировоззренческий переворот

Точка невозврата

В 2015 году в Европу хлынул небывалый поток мигрантов, который пополнит Европу в этом году более чем на полмиллиона человек. Это явление перестало быть периферийным для общественного сознания европейцев, которому вновь подан впечатляющий сигнал. Можно было не заметить сотен тысяч иммигрантов, но невозможно было проигнорировать смерть 71 человека, задохнувшегося в грузовике, перевозящем нелегалов. Сотни погибших беженцев, стремившихся пересечь море на непригодных для этого суденышках – это также плата за безумную политику, проводимую ставленниками европейских олигархий. Но все же все эти смерти – результат выбора тех людей, которые готовы рисковать своей жизнь и жизнью своих детей, лишь бы переселиться в Европу. У европейцев такого выбора нет: они стали заложниками миграционной политики своих правительств, навязанных через СМИ западнических иллюзий и развязанных по периферии Европы войн.

В 2015 году на терминале в Кале произошел транспортный коллапс, потому что мигранты всеми средствами стараются уехать в Лондон, забираясь на крыши поездов. В ночь с 28-29 июля 2015 года около двух тысяч иммигрантов попытались штурмом взять территорию терминала с целью нелегального въезда в Великобританию.

С января по начало августа 2015 года были предотвращены около 37 000 попыток нелегального проникновения в Евротоннель. Италия принимает на себя поток 3000 иммигрантов в день, пытающихся пересечь Средиземное море, выделив на это 3 млрд евро и получив от Евросоюза компенсацию всего в 0,5 млрд Подобные ситуации предельно напрягают отношения внутри ЕС и ведут к восстановлению внутренних границ.

Читать далее «ЗАКАТ ЕВРОПЫ ИЛИ ГЛОБАЛЬНЫЙ СЕВЕР»