16 февраля — день памяти свя­того рав­ноап­о­столь­ного Ни­ко­лая, ар­хи­епи­скопа Япон­ского

В девять часов был молебен перед началом учения; я сказал на нем поучение учащимся, чтобы «яркою звездою пред душевными очами имели всегда свою цель, а она им напоминается ежедневно несколько раз словами молитвы «Да святится имя Твое», и чтобы старались уготовить себя для сей цели, развивая ум науками, сердце – взаимной любовью и соблюдением чистоты душевной, волю исполнением всех правил…»

(Из дневника равноапостольного Николая Японского)

 

 

Ар­хи­манд­ри­т Николай (Касаткин) как педагог:

Затем, самое важное, о соблюдении чего должны неуклонно стараться, — справедливость. Обидеть бедного мальчика не велико, но нет такой обиды, которая бы отзывалась большим вредом для обидевшего, чем обида ребенка: большой может простить, забыть обиду; ребенок еще не в состоянии того сделать, и потому обида у него складывается в душе, — и душа затворяется для обидчика (если он тотчас же не загладит своего поступка), как улитка в своей раковине; повторенная несправедливость и обида уже вооружают ребенка против обидчика; а еще повторенная — делает его врагом обидчика; в обществе детей чувства, возникшие в одном, легко передаются другим, — так и выходит, что в школе ученики смотрят на своих воспитателей — по большей части — как на своих личных врагов; говори эти воспитатели самые сладкие речи, самые веские истины и полезные наставления — все как к стене горох, — ученики лишь потом пересмеивают и передразнивают. Но действительная справедливость, явная для всех, никогда не производит никакого неблагоприятного действия на учеников, будь она самая строгая — лишь бы не была сопряжена с жестокостью и бездушием, а сопровождалась теплым участием к ученикам.

Еще важное и необходимейшее свойство в педагогике — твердость. Нет хуже и вреднее в деле воспитания — слабости, проистекающей или из мнимой гуманности, или из лести к ученикам и желания приобрести их любовь, или из безучастности к ученикам и желания соблюдать лишь собственное спокойствие.

Из письма к И.А. Сенума
(впоследствии — ректор Токийской семинарии)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: